Книга Черная Пасть, страница 78 – Рональд Малфи

У меня в горле застрял крик.

Позже ночью полицейский нашел меня в нашем амбаре, где мы с Дэннисом прятались. Мой брат залез в свой черепаший панцирь, его немигающие глаза смотрели в никуда. Полицейский спросил, все ли со мной в порядке, но его внимание было приковано к Дэннису. В темноте позади офицера материализовался наш отец – он был без рубашки, длинные волосы падали ему на лицо.

Затем офицер поднял Дэнниса с земли, а отец протянул мне дрожащую руку, схватил за запястье и резко поставил на ноги. Даже сквозь дым, который просачивался в амбар, я чувствовал исходящий от него запах алкоголя.

Он ударил меня по лицу и вытащил в темноту ночи.

Черная Пасть горела.

Мир был охвачен огнем.

Вдоль края Пасти стояли полицейские и пожарные машины. В небе кружили вертолеты, их прожекторы, словно око Божие, сердито прорезали темноту. Ревели сирены, воздух сгустился от дыма.

Дэннис вылез из своего черепашьего панциря на руках у полицейского. Он начал молотить руками и ногами, так что офицеру пришлось поставить его на землю. Я вырвался из отцовской хватки, подошел к Дэннису и обнял его. Несмотря на невыносимую жару, мне было холодно. Воздух с трудом проникал в легкие.

Пара фельдшеров скорой уже направлялась в нашу сторону, когда к нам подбежала мама. Рухнув на землю у наших ног, она схватила Дэнниса и прижала к себе, покрывая поцелуями его лицо, волосы, шею. Затем она потянулась обнять меня, и я позволил, слишком ошеломленный, чтобы сопротивляться. Я сделал глубокий вдох и закашлялся.

Нам не разрешили вернуться в дом. Огонь был слишком близко, воздух заволокло дымом. Мой отец спорил с полицией, пьяными тирадами перекрывая звуки сирен и вертолетов. Когда он замахнулся на одного из полицейских, его бесцеремонно повалили на землю и заковали в наручники.

Мать не захотела отпускать нас с бригадой медиков. Вместо этого она отвезла Дэнниса и меня в начальную школу Саттонс-Ки, где волонтеры в спортзале раздавали кофе, бутылки с водой и одеяла для тех, кто был вынужден из-за пожара покинуть свои дома. Я оглядел толпу в поисках Клэя или Мии, но никого из них не увидел.

Мы трое устроились в углу спортзала и провели там несколько часов. Каждый раз, когда я закрывал глаза, голова падала вперед, вынуждая меня проснуться. Лицо Фокусника снова и снова менялось перед моим мысленным взором, превращаясь во что-то потустороннее. Так, между беспокойным сном и бодрствованием, прошла вся ночь. Когда я наконец взглянул на окна спортзала, то увидел, что по небу растекается рассвет.

Кто-то прикатил в спортзал телевизор. На экране показывали тлеющую яму, видеозапись была сделана с вертолета новостной службы. Меня охватила странная отрешенность, как будто я наблюдал за всем со стороны.

На экране возникла фотография миловидного женского лица. Я сразу же узнал молодую женщину с ребенком, которую мы с отцом навещали накануне. Титры внизу гласили:

Мамина рука болезненно сжала мое плечо. Из ее горла вырвалось нечто похожее на всхлип.

Затем на экране появились имена: Сара и Майло Пэтчин. Бегущая строка внизу экрана сообщала, что Майло было всего четыре месяца.

Меня начало трясти. Я не мог унять дрожь в руках. Строчки текста на телевизионном экране расплывались.

Сара Пэтчин.

Майло Пэтчин.