Онлайн книга «Черная Пасть»
|
– Но я видел, как ты положил его под эту чашку. Ту, что по центру. Дэннис протянул руку, поднял среднюю чашку и положил под нее шарик жвачки… а затем, гораздо медленнее, чем в первый раз, наклонил чашку ко мне так, что шарик на долю секунды скрылся из моего поля зрения. Когда это произошло, я увидел, как Дэннис спрятал шарик жвачки в ладони, а затем указательным и большим пальцами опустил основание чашки на стол. При быстром исполнении все выглядело так, будто шарик жвачки по-прежнему находится под чашкой. Но при замедленном повторе мне удалось проследить за манипуляциями брата. Он раскрыл ладонь и показал шарик. – То есть ты вообще не клал его под чашку? Вот засранец! – Так просто, и тем не менее в детстве я был совершенно сбит с толку.– Тебе правда приснилась та мертвая девочка? – Когда я ходил,– сказал Дэннис. – Ты когда-нибудь видел во сне других детей? – Да-а. – Часто? Он не ответил. – Куда ты идешь, когда гуляешь во сне? – Я пытаюсь найти. – Найти что? Детей? – Вход,– сказал он. – Куда? – В колодец,– ответил Дэннис. Его вилка проскрежетала по тарелке, и пожилая пара за соседним столиком опять неодобрительно покосилась в нашу сторону. – Тебе не нужно ходить к колодцу, Дэннис. Колодец означает смерть. Он снова улыбнулся мне и сунул жвачку в рот. Я сделал глубокий судорожный вздох. Тревога вернулась, и я не находил себе места. Что-то здесь было не так. Я оглядел закусочную, высматривая Сару и Майло Пэтчинов. Могут ли они забраться так далеко от Черной Пасти? А как насчет моего отца? Он до сих пор ждет меня в амбаре? Не позволяй мнимым воспоминаниям себя одурачить. Не бойся. Когда подошла официантка, чтобы забрать тарелки Дэнниса, я заказал еще один джин с тоником. 3 По возвращении в мотель случилось нечто необъяснимое. Когда мы вошли в номер, Дэннис тут же направился к своему DVD-плееру. У меня с собой была бутылка «Мейкерс»; за день, проведенный в багажнике машины, ее содержимое нагрелось. Я поставил бутылку на тумбочку, сказал Дэннису, что скоро вернусь, и, прихватив из ванной ведерко для льда, вышел на улицу. В нише между двумя номерами, рядом с торговым автоматом стоял автомат со льдом. Подставив ведерко под выпускное отверстие, я слушал, как в него с грохотом минометных снарядов падают кубики льда. Голова кружилась от выпитого за обедом. Я запрокинул голову, прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. В нос ударил запах дыма. Я тут же открыл глаза. Чья-то раскрытая ладонь ударила по стеклу в окне номера справа от меня. Я подпрыгнул и уронил ведерко со льдом. В комнате не было света, а само окно представляло собой черную стеклянную панель, если не считать растопыренной человеческой пятерни. В линиях ладони скопилась сажа, кончики пальцев были черными от пепла. Пока я смотрел на нее, один палец начал двигаться, рассекая пленку черной копоти на стекле, выписывая кривую линию… Хотя нет. Он выводил какое-то слово… ВЕР За этими каракулями, в темных глубинах комнаты по ту сторону стекла, я различил Сару Пэтчин, прижимающую к себе неподвижного младенца. Одна обнаженная мертвенно-бледная грудь нависала над приспущенной блекло-розовой майкой, сморщенный серый сосок напоминал нарост на стволе дуба. НИСЬ Глаза Сары Пэтчин светились, как фонари, прорезая сгустившийся в комнате смог и мерцая сквозь закопченное окно, сквозь буквы, которые она чертила в саже одним пальцем. |