Книга Искатель, 2006 №3, страница 58 – Александр Голиков, Светлана Ермолаева, Вадим Кирпичев, и др.

Любовь Дмитриевну, изящную для своих сорока пяти директорскую секретаршу, Сергей попытался игнорировать. Он просто пер мимо, но та была начеку.

— Куда вы, Сережа? Олег Феликсович занят, — встала на пути секретарша. Сейчас она напоминала сторожевую башню, если, конечно, башня может иметь бюст весьма себе нехилого размера.

— Дорогая моя, — беспечно отозвался Сергей. — Я бы хотел, чтобы вы не совали свой припудренный носик в чужие дела.

В глазах Любы молнии заполыхали с такой скоростью, будто бы там заперли Перуна и Зевса на пару. Секретарша открыла рот и тут же снова его закрыла. На лице ее возникло неимоверное удивление, явно хорошо очерченный дорогой косметикой ротик захлопнулся вопреки желаниям его хозяйки. Сергей мысленновозликовал, любуясь произведенным эффектом.

— А теперь, Любочка, — сладко произнес Алтаев, — приготовьте кофе. У нас с шефом будет деловой разговор. Мне покрепче и сахару пять ложек на чашку, а Олегу — как пожелаете.

Любовь Дмитриевна кивнула и отступила, сдавая позиции. Нет, не башня, мелькнуло у Сергея, если может менять дислокацию, тогда скорее танк. Танк с бюстом. Не особо церемонясь, легким пинком он распахнул дверь, вызывавшую когда-то трепет.

Олег Феликсович в это время был занят крайне важным делом. Он качал из Интернета порнуху, а так как подобного добра в сети качать не перекачать, то и работы у директора было непочатый край. От грубого вторжения, разомлевший шеф не просто вздрогнул — подскочил. Дабы не оказаться застигнутым врасплох, Олег Феликсович ткнул в кнопку «пауэр», отрубив компьютеру все возможности докачать очередную картинку. Когда директор увидел, кто отвлек его от работы, внутри закипела ярость.

— Что это значит, Алтаев?! — возопил Олег в праведном гневе. — Какого черта?! Люба, почему вы позволяете…

— Звук убавь, — попросил Сергей.

Как по мановению волшебной палочки, в кабинете наступила тишина. Шеф продолжал, напрягая связки, открывать рот. Лицо его побагровело, на лбу и на шее вздулись уродливыми змеями вены, но звука не было. Наконец он удивленно затих и уставился на Алтаева.

— Не напрягайся, Феликсыч, — нагло ухмыльнулся Сергей. — Инфаркт хватит. Я теперь могу к тебе как угодно заходить и когда угодно. Я теперь вообще все могу, так что смирись.

Начальник посмотрел на него с мольбой в глазах, и Сергей смилостивился:

— Ну, говори, чего хотел, только без воплей.

— Что вы хотели, Сергей Борисович? Повышения зарплаты, перевода на должность? — залопотал Олег не своим голосом, тихим и подавленным.

Сергей снова усмехнулся. Шеф, видимо, и сам понял, что происходит с ним что-то не то, и снова взорвался:

— Какого черта я несу?! Какого хрена ты сюда вламываешься?! И что, черт подери, здесь…

— Звук, — провозгласил Сергей и щелкнул пальцами.

— …происходит? — шепотом закончил Олег Феликсович.

Сергей прошелся по кабинету, уселся в кресло напротив начальства, откинулся на спинку и закинул ноги на стол. В дверь тихо постучали, вошла Люба с подносом. На подносе дымились и исходили ароматом двечашки кофе. Между ними устроились сахарница, кофейник, маленький кувшинчик с молоком, блюдце с лимоном, бутылка коньяка и вазочка с конфетами. Любовь Дмитриевна четкими, отточенными движениями быстро расставила все это богатство на столе и, прихватив поднос, удалилась.