Книга Убийство на улице Доброй Надежды. Два врача, одно преступление и правда, которую нельзя спрятать, страница 97 – Бенджамин Гилмер

Я попробовал считать реакцию юристов по их лицам. Никакой. Мужчины спокойно потягивали пиво. Юная женщина строчила в блокноте, не поднимая головы. Наверное, они привыкли к трагедиям, подумал я, и встречаются с ними ежедневно.

– Смотрите, как врач я поклялся не навредить. А ведь Винсу наносят вред прямо сейчас. Вопрос, к которому я возвращаюсь вновь и вновь, звучит очень просто: как можно таким образом относиться к тяжелобольным людям, к людям, которым крайне необходима наша помощь?

Следующие полчаса я рассказывал всю эту историю с самого начала. Я не пропустил ничего – ни своих страхов, ни своего гнева, ни даже надвигающегося ощущения провала от невозможности сделать для Винса больше. На мои глаза навернулись слезы злости и стыда. Утерев их салфеткой, я заметил, что кое-что изменилось – юристы подбадривающее кивали.

Я рассказал, как Винса неделями держали в карцере тюрьмы Уолленс-Ридж, невзирая на его отчаянные мольбы о посещении психиатра. Как его наказывали за то, что он недостаточно быстро ест из-за обостряющихся треморов и выпадающих зубов. Как налагали взыскания за то, что его увязающий в трясине деменции разум не справлялся с запоминанием тюремных правил и номера камеры.

– Как же это несправедливо! – воскликнула Джери, юная женщина из юридической фирмы.

– Вы и половины не знаете, – ответил на это я.

Через неделю после нашей встречи фирма Hunton&Williams официально согласилась работать с нами, бросив нам на подмогу лучшие силы практики бесплатной юридической помощи во главе с Джери Гринспен.

Она была отнюдь не студенткой-практиканткой, за которую я ее принял. На самом деле в Hunton&Williams ее считали восходящей звездой. Она отвечала всем требованиям, которые обычно предъявляют к сотрудникам подобных авторитетных фирм, но при этом отдавала явное предпочтение гуманитарной проблематике. Скромная и простая в общении Джери являла собой идеальную комбинацию чуткого адвоката и несгибаемого мастера тактики.

Впервые мы с Дон обстоятельно поговорили с ней в машине по пути в Мэрион. Джери подробно обрисовала план получения помилования для Винса. «В первую очередь нам нужна убедительная аргументация», – сказала она.

Джери знала, что подробности этой истории я помню буквально наизусть, а Дон свела в таблицу все результаты медицинских обследований Винса начиная с 2004 года. «Осталось только превратить все это в связный рассказ и устранить пробелы», – подытожила она.

Меня особенно беспокоил один такой пробел. Выписка из официального заключения доктора Фикса была приобщена к протоколам суда над Винсом. Но мы знали, что до его экстрадиции из Эшвилла было и другое обследование, которое организовал адвокат Стивен Лидсей. Результатов этого обследования, которое провел доктор Тони Скиара, я так и не обнаружил. По общему мнению Дон и Джери, они могли бы дать ключ к пониманию состояния психики Винса в то время.

Вот почему я и позвонил Стиву Линдсею, который с видимым удовольствием предался воспоминаниям о своей работе по этому необычному делу.

– Я понимал, что с Винсом Гилмером что-то не так, – рассказал он. – Поговорил с ним и сразу понял, что что-то с ним неладно, и не в том смысле, что он хладнокровно убил человека. Разумеется, мне было ясно, что сделал это именно он и что сядет он надолго. Но я считал, что сидеть он должен в психиатрической больнице, а не в тюрьме.