Книга Детектив к Новому году, страница 95 – Надежда Салтанова, Татьяна Устинова, Елена Логунова, и др.

Она внимательно оглядела присутствующих. Шумно вздохнув, господин Потапов буркнул:

— И у меня была такая возможность. Я разволновался из-за этой кражи и нелепого обвинения. Потому долго не мог уснуть. Потребовал у Прошки-лакея лесных орехов и рюмку настойки на тополиных почках. Лег спать. Утром меня разбудил Прохор. Но надо ли упоминать, что я Евгения не убивал.

— Как вы думаете, сможет ли урядник найти причину, по которой вы могли бы… — Варвара Степановна замолчала, подбирая слово.

— Нет. Не было у меня причины. — Голос Владимира Сергеевича был тверд. — Насколько я понимаю, причина была только у шурина покойного, его племянницы и у господина Хольцмана.

Два возгласа раздались почти одновременно:

— Что за чушь?!

— Неправда!

Немец неприязненно посмотрел на Владимира Сергеевича и произнес:

— Я живу во флигеле. Он стоит отдельно от дома. А дом на ночь запирается. Чтобы войти, мне пришлось бы разбудить слуг. Причины и возможности убить Евгения Алексеевича у меня не было, так что ваши обвинения безосновательны.

Варвара Степановна повернулась к Сашеньке:

— Дитя мое, вы ведь хотели самостоятельно распоряжаться своей судьбой, верно? Ваш дядюшка как опекун планировал ваш брак с господином Соловьевым. А вас эта партия не очень радовала, верно?

Сашенька покраснела так сильно, что даже ушки порозовели:

— Не радовала. Но если вы, сударыня, изволите меня обвинять…

— Конечно, нет. Мы только обсуждаем все возможности. Видите ли, у вас, Сашенька, возможности не было. Дядюшка велел Аксинье ночевать у вас в комнате. И она ночевала, не так ли?

Девушка молча кивнула.

— Управляющий опросил слуг, — промолвила Варвара Степановна. — Прохор сказал, что Петра Михайловича хозяин повелел запереть. Чтобы не безобразничал. Лакей открыл дверь только утром.

Господин Потапов сердито насупился:

— Так кого же вы обвиняете? Меня?

— Ах, это невозможно выносить! Вы все меня не слушаете! — воскликнула его жена. — Надо просто найти кольцо. У кого кольцо, тот и убийца! Может, это слуги его убили. Тот же Прохор! Да мало ли народу в доме?

Варвара Степановна кивнула:

— Совершенно верно. Видите ли, я поговорила с управляющим. Афанасий Ерофеич сказал, что ночуют слуги кучно, каждый на виду. Никто не отлучался. А сам Афанасий, похоже, видел барина своего последним. Но убивать человека, от которого зависят его собственная жизнь и благополучие, ему нет никакого смысла. — Она вздохнула и продолжила: — Среди нас есть еще один человек, у которого была причина и возможность убить хозяина дома. Это вы.

Она повернулась к Наталье Андреевне. Тонкие пальцы госпожи Потаповой судорожно смяли кружево шали.

— Вы помешались, сударыня?! — взревел ее муж. — Что за проклятое место? То в краже обвиняют, то в убийстве. Не было у моей жены причин убивать Евгения!

— А вот здесь вы ошибаетесь. Вы же сами, увидев кольцо, подозвали ее. Не потому ли, что именно батюшку вашей жены несправедливо обвинили в пособничестве ворам? И не потому ли, что из-за этой кражи жизнь всей семьи провалилась в ад светского остракизма? И московской красавице пришлось выйти замуж за вас, хотяей прочили прекрасную партию.

Наступившая тишина показалась зловещей. Через мгновение господин Потапов встал так резко, что стул его с грохотом отлетел. Он подошел к Варваре Степановне, навис над ней и, понизив голос, произнес: