Книга Вишенка на кактусе, страница 42 – Дарья Донцова

Бабушка каждое утро предупреждала меня: «Не вздумай заглядывать в придорожный трактир!» Я кивала, но на большой перемене неслась в запретное место. Почти год такое поведение сходило мне, непослушнице, с рук, а потом до Белки доползла правда. Ох и влетело мне тогда!

– Эй, – толкнула меня в бок Лиза, – очнись!

Я выпрыгнула из некстати налетевших воспоминаний. Женщина, сидевшая за прилавком, встала, отложила телефон и весело произнесла:

– Здравствуйте! Чего желаете? Если машина забарахлила, то сервис неподалеку, могу позвонить, ребята приедут. Или чайку? С пирожками?

– Да, – помимо воли выпало из меня. – Они у вас жареные? С повидлом?

– Конечно, – рассмеялась буфетчица, – классический рецепт. Туалет – за занавеской, там можно руки помыть.

Мы с Лизой прошли в санузел.

– Тут прямо все стерильное! – удивилась моя спутница. – Ее зовут Екатерина.

– Кого? – не поняла я.

Елизавета показала на стену.

– Хозяйку.

Я повернула голову и увидела объявление: «Дорогие гости! Для маленьких детей есть чистые горшки, пожалуйста, попросите их у меня. Я всегда стою за стойкой у кассы. Екатерина Миладова, потомственная чайница».

Когда мы вышли в зал, я решила действовать прямо и задала вопрос:

– Вас зовут Екатерина?

– Верно, – подтвердила женщина. – Здесь раньше моя мама, Ольга Петровна, всем заправляла, а теперь я.

– Чайница, – рассмеялась Лиза, – такое смешное слово!

– Много лет назад сюда зашла женщина с девочкой, – начала объяснять хозяйка. – Ребенок был маленький, может, лет пять. Мать ей предложила: «Саша, объясни сама, что ты хочешь». Малышка начала: «Тетя чайница!..» Мама рассмеялась: «Так меня еще не называли!» Посетительница смутилась: «Простите, она маленькая. Я сказала дочке, что мы зайдем в чайную, – вот она и придумала слово “чайница”. Малышка не хотела вас обидеть». «Ну что вы! – еще сильнее развеселилась мама. – “Чайница” прекрасно мне подходит». И с тех пор у нас вот это объявление висит.

Буфетчица показала на стену слева, там висела табличка, которую я ранее не заметила: «Чайница Екатерина всегда рада Вам помочь!»

– Теперь здесь мое имя, – уточнила тетушка, – а раньше было мамино.

– Наверное, вы всех, кто живет в поселке, знаете? – начала я разговор на нужную тему.

– Красивое разрослось, – вздохнула буфетчица, – построили завод, он плавленый сыр производит. Ну и приехал народ не пойми откуда. В детстве иду домой из школы – так язык устает со всеми здороваться! А сейчас полно незнакомых.

Лиза решила направить беседу в нужное русло:

– Вроде здесь целительница живет…

– А-а-а, – протянула буфетчица, – ясненько.

– Женщину зовут Анна? – спросила я.

– Пойдемте сядем в тихом помещении, – распорядилась хозяйка и отдернула занавеску, которая прикрывала часть стены. – Идите за мной.

Мы молча подчинились. За драпировкой оказалось нечто вроде кафе – три столика и стулья.

– Устраивайтесь, – сказала женщина. – Кто вам про эту бабу в уши насвистел?

– Подруга, – быстро ответила я. – Ее мама никак не могла ребенка родить, много лет безрезультатно лечилась. А потом об Анне узнала и родила дочку.

– М-м-м! – простонала Екатерина. – Теперь, значит, и вы с той же проблемой?

Лиза подняла руку.

– Только я! Мне сказали, она всем помогает.

Буфетчица нахмурилась.

– Думала, времена изменились. Тридцать с лишним лет назад все было по-другому, Интернета еще, слава богу, не было. Я не против прогресса, но сколько же грязи в соцсетях! Там горы зависти и вранья! Соседка моя, Зинаида, называет себя психологом, берет аж десять тысяч за консультацию, чушь несет. Даже мне, бабе без всякого высшего образования, понятно, что пургу гонит. Зинка с трудом школу окончила, ее после девятого класса выгнали. Нанялась дурочка домработницей к какому-то профессору в Москве, к нему постоянно студенты приходили. Поломойка умных речей наслушалась, решила: «Чем я хуже?» – и давай народу психологию исправлять! Через год купила квартиру в столице, во как! Анна – из той же стаи, только она совсем гадостью занималась, и это было давно.