Книга Глухое правосудие. Книга 1. Краснодар, страница 107 – Анна Орехова

Кирилл молча слушал, все больше склоняясь к мысли, что Милена не имеет никакого отношения к прокуратуре, но тем не менее, не спешил переходить к обсуждению Подставкина.

— Вы не против сесть на травку? — предложила Милена, когда они вышли на узкую дорожку, окруженную деревьями. — У меня с собой плед, устроим мини-пикник.

— С удовольствием!

Людей в сквере было немного: кто-то прогуливался с собакой, кто-то наслаждался теньком на скамейке. От детской площадки доносились радостные визги: детвора наконец вырвалась на свободу и наверстывала упущенное, не давая продыха качелям, каруселям и горкам.

Милена развернула коврик, внутри оказался туго свернутый плед. Пока она стелила его под деревом, Кирилл отправил сообщение Нике:

Кирилл

Встретился с Миленой. На шпионку не похожа. Общаемся.

Милена стянула босоножки.

— Боже, как я соскучилась по таким приятным мелочам! До пандемии каждый день обедала вот так, на травке, у меня около работы небольшой сквер. Вы не против снять маски? Я не болею, честное слово.

— Не против. Я тоже не болею, насколько мне известно. А пить кофе в маске пока не умею.

— Еще годик, и не такому научимся, — хмыкнула Милена, усаживаясь на плед и стягивая маску. — Смотрите, белка!

Чуть поодаль в траве и в самом деле копошилась рыжая озорница. Словно почувствовав внимание, она в три прыжка добежала до ближайшего дерева, еще миг — обхватила лапками ствол и пару секунд спустя скрылась в листве.

— Милаха, — улыбнулась Милена.

Она скрестила ноги по-турецки и обняла ладонями стаканчик. Кирилл снял маску, аккуратно пристроил свой кофе на травке, скинул сандалии по примеру Милены и сел на плед. Пора было переходить к делу. Вряд ли Милена работала на Якута, в противном случае она бы попыталась выяснить хоть что-нибудь о Кирилле, но пока не задала ни единого личного вопроса. Разве что спросила его имя.

— У меня под окном тоже белки живут, ими можно бесконечно любоваться. Но знаете, где самые классные белки? В роще[6]! Едят с рук, ничего не боятся.

Кирилл подозревал, что с помощью болтовни Милена пытается скрыть волнение.

— Я, когда в больнице работала, домой через рощу ходила, каждый день белок подкармливала. Такой заряд позитива!

Это был шанс повернуть разговор в нужное русло, и Кирилл им воспользовался:

— Вы в больнице познакомились с Подставкиным?

Милена опустила взгляд на стаканчик и вмиг погрустнела.

— Да, в больнице. Я уже говорила, что работала там сисадмином. Максим часто обращался ко мне за помощью, и мы подружились. Знаете, врачи совершенно не разбираются в компьютерах, работают со скоростью один диагноз в час. Максим среди них был самым отсталым динозавром, у него постоянно что-то ломалось. То принтер не работает, хотя он просто забыл его включить, то клавиатура сломалась, но на деле кабель отсоединился. Однажды у него ворд «пропал», столько было паники! Но выяснилось, что он случайно удалил ярлык с рабочего стола. Хирург от бога, а в технике бестолочь бестолочью.

Ника рассказывала, что в больнице Подставкина считали скорее посредственностью, но Милена явно думала иначе.

— Я слышал, Подставкин в последние месяцы не оперировал.

«И пил не просыхая», — добавил он про себя.

— Да, Шрамко отстранила его от операций. Максиму было тяжело: судебный процесс, намечающийся развод, плюс вечные проблемы на работе. Поэтому он и полез в петлю. Знаете, все это время я была уверена, что он предпринял вторую попытку и все-таки покончил с собой. Лишь неделю назад на вашем сайте прочитала, что его убили.