Книга Стамбул. Подслушанное убийство, страница 84 – Анна Орехова

— Как третье задание? — спросил Кирилл. — Настроила рекламу?

— Да. Легла почти в пять.

— Ого! Так сложно?

— Не то чтобы, просто много нюансов, да и Свете помогала. Ей достался сайт по продаже видеоуроков для художников. И конечно, только один день действовало специальное предложение: скидка 80 % на любой курс!

— О нет! Она купилась?

— Почти. Еле отговорила! Спрашиваю, ты же рекламу изучаешь, с чего вдруг решила художником стать? Говорит, я когда-то об этом думала, просто руки не доходили. А тут такая скидка, да и курс хороший.

— Классика!

Их мнение о рекламе обычно совпадало. Кирилл тоже занимался маркетингом, но в конкурирующей фирме — «Русском деликатесе», только в отличие от Ники был не наемным сотрудником, а совладельцем. Они часто обсуждали рекламные стратегии, делились аналитикой, успешными кейсами и провалами.

Прием, на который чуть не попалась Света, и в самом деле был классикой агрессивного маркетинга. Ника такой подход не любила, однако сила рекламы поражала. Света — яркий пример потребителя, готового выложить сто долларов за товар, о покупке которого еще вчера не задумывалась, только потому, что ей предложили скидку.

Дело не в экономии, Света вряд ли контролировала остаток на банковской карте и могла хоть каждый день покупать такие курсы. Но скидка — это всегда маленькая победа. Всё равно что в лотерею выиграть. Именно поэтому на них так легко ловятся покупатели.

— Дай угадаю! — улыбнулся Кирилл. — В полночь счетчик на сайте обнулился и акция запустилась заново?

— Естественно! Видел бы ты лицо Светы!

На вопрос: «Ну что, всё еще хочешь курс?» Света угрюмо буркнула, что не очень. Обратная сторона агрессивного маркетинга — клиент понял, что его водят за нос, расстроился и ничего не купил.

Подъем не заканчивался, уклон вроде был не большим, но ноги уже гудели.

— Хочешь воды? — Кирилл остановился у продуктового ларька.

— С удовольствием.

Он купил две бутылки, кивнул продавцу и добавил что-то на турецком. Продавец довольно заулыбался. Когда они отошли от ларька, Ника поинтересовалась:

— Ты и турецкий знаешь?

— Нет. Может, десяток слов. Те-ше-ккю́р эде́-рим — это «спасибо». Турки любят, когда туристы проявляют уважение к их языку.

— Тешеккюр эдерим, — повторила Ника. — Постараюсь запомнить. И сколько раз ты бывал в Стамбуле?

— Мы как-то с перентсами[16]жили здесь полгода, правда в Азиатской части.

— Вот буржуй!

— А я и не скрывал.

Кирилл называл родителей «профессиональными кочевниками», они работали удаленно: мама писала песни, часто становившиеся хитами, отец зарабатывал фотографией. Они регулярно меняли место жительства, а потому в детстве Кирилл объездил полмира и проникся любовью к путешествиям.

— Как там ваш компетишн[17]? Поговорила с Максом насчет того гада, что переложил твоуильник?

— Да. Он был очень зол, сказал, что постарается выяснить, кто это устроил. Грассо тоже разозлилась, я к ней после лекции подошла, поблагодарила за помощь. Ее больше всего расстроило, что этот урод рассчитывал, что она нас оштрафует. Говорит, я похожа на дуру? Ясно же, что это саботаж, я бы на такое не купилась.

— Веселенькая у вас компания. Прибил бы гада!

Ника улыбнулась.

— Ого, какой ты суровый!

— Конечно суровый. Ты спишь, а он шастает по твоей комнате. И это учитывая, что среди вас убийца.