Книга Стамбул. Подслушанное убийство, страница 87 – Анна Орехова

Кирилл обнял Нику, положив руки на перила, его губы почти касались ее уха. По коже побежали мурашки, а Стамбул тем временем, как и обещал Кирилл, открывался с другой стороны. Сверху он казался тихим и спокойным. Корабли неторопливо рассекали воды Босфора, муэдзины тянули «Аллаху акбар», легкий ветерок развевал волосы.

Ника повернулась и заглянула Кириллу в глаза.

— Рассказывай.

Он провел пальцем по ее щеке.

— Я переезжаю в Краснодар.

Она подумала, что не расслышала.

— Что? Ты переезжаешь?

— Да. Уже нашел квартиру и даже внес аванс. Осталось перевезти вещи и убедить Герку, что ваши парки не хуже московских.

— Это же… — В голове крутились десятки вопросов: когда? в какой район? а как же работа? — Я так рада!

— Я тоже рад. Ника, я хочу быть ближе к тебе. Я долго искал варианты, и наконец всё срослось. Но если ты не готова или нужно больше времени, только скажи…

Значит, он тоже переживал из-за разделявших их километров. Значит, обдумывал, строил планы. Он нашел решение. Так зачем откладывать то, чего они оба так долго ждали? Она подалась вперед и поцеловала его в губы.

— Я готова.

Кирилл притянул ее к себе и поцеловал так страстно, что перехватило дыхание.

— Скажи еще раз.

— Я готова.

— Черт, как же я ждал этих слов. — Он снова поцеловал ее. Долго, нежно. — Я такой дурак, запланировал целую программу, наметил маршрут для прогулки, заказал столик в ресторане.

— И правда дурак. — Ника положила голову ему на грудь, закрыла глаза, прижалась крепко-крепко. Он здесь, рядом, он переезжает в Краснодар. — Нам нужен новый план. Только без прогулок и ресторанов.

Кирилл приподнял ее подбородок.

— Ну, запасной план у меня тоже есть. — Он указал куда-то вниз и вправо. — Видишь вон ту красную крышу? Это дом, в котором я арендовал квартиру.

— Так. — Ника хитро улыбнулась. — И что ты хочешь этим сказать?

— Только то, что добираться туда десять минут. Это если спускаться с башни по лестнице. Но я бы предпочел лифт, так на пять минут быстрее.

Ника сделала вид, что размышляет.

— А как же ресторан?

— Ресторан в запасной план не входит. Но можем заказать пиццу. Позже. — Он снова притянул её к себе, коснулся губами шеи. — Гораздо позже. Ну так что? Принимаешь мой запасной план?

— Принимаю, — прошептала Ника. — Только поедем на лифте. Надеюсь, очереди не будет.

Мехмет допивал чай, когда в кабинет заглянула Рабия — принесла документы, спросила, не нужно ли чего ещё и, получив отрицательный ответ, удалилась.

Мехмет поймал себя на том, что улыбается, глядя ей вслед. Рабия часто вызывала у него улыбку, потому что напоминала о младшей сестренке, по которой он скучал и которую так редко видел.

Дело было не во внешности, высокая Рабия совершенно не походила на миниатюрную Сибель — дело было в одежде. Сестра еще в студенческие годы боролась за право женщин носить мусульманский платок: устраивала пикеты, спала на ступеньках университета, размещала провокационные посты в фейсбуке. Добилась того, что ее не допустили к экзаменам, в то время закон был строг: мусульманской одежде в государственных учреждениях не место. В результате Сибель выгнали из университета, а Мехмет чудом не лишился работы.

Спасло то, что они были сводными братом и сестрой, это позволило начальнику закрыть глаза на родство подчиненного с девушкой, демонстративно носящей хиджаб. Однако он предупредил Мехмета, что ничем не поможет, если информация пойдет выше.