Книга Забытый дом, страница 31 – Анна Васильевна Дубчак

— Какая она? Похожа на эту актрису? — замучила Женя Реброва, показывая фотографию Джейн Кит.

— Да похожа, похожа! Я ведь уже сказал! — отмахнулся от нее Валерий.

— Намотай себе на ус, Ребров, как еще можно составить так называемый фоторобот с помощью ярких и точных примет человека и картинок в «Гугле» или «Яндексе». Быть может, пригодится.

Раздался звонок, Ребров взял трубку, и Женя замерла, надеясь, что новейший качественный телефон приятеля, даже не включенный на громкую связь, позволит ей что-то услышать.

И она услышала. И все поняла. Звонок был от судмедэксперта.

— Она опознала ее, да?

— Да, — кивнул Ребров. — Сразу причем. И это уже большая удача!

— Так кто она такая?

— Девушку звали Карина Гуляева. Она одноклассница Каляпиной. Вот такие дела.

— Надо же…

Женя не могла вспомнить, когда и при каких обстоятельствах она дожидалась кого-то с таким же нетерпением, как Каляпину. Она просто сгорала от любопытства. И была уверена, что и Журавлев с Ребровым испытывают примерно такие же чувства, несмотря на то что они мужчины.

Всем было интересно увидеть девушку, странностям которой не было конца. Одно проживание в заброшенном доме чего стоило!

И вот ее привели, без наручников, но в сопровождении сотрудников полиции. Женя с Журавлевым находились в комнате наблюдения — видели и слышали все, что происходило в допросной. У Жени создалось такое впечатление, будто бы она подсматривает в замочную скважину.

Светлана Каляпина была высокой девушкой, белокожей, с густыми волосами примерно такого же рыжеватого оттенка, как и у Жени. Стрижка каре, вздернутый нахальный носик, полные губы, большие карие глаза. Да, точь-в-точь Джейн Кит. Конечно, она побледнела, все-таки ее привели на допрос, но в остальном можно было сказать, что она относительно спокойна.

Женя постаралась представить себя на ее месте, то есть невиновна, но попала в допросную, и получалось, что и она выглядела бы примерно так же.

Легкое недоумение, широко распахнутые глаза. Красива ли она была? Пожалуй, да. А еще Женя обратила внимание на взгляды, которые Светлана бросала по сторонам, словно ища поддержку, пока наконец не остановила полный отчаяния взгляд, словно она вот только что поняла, что с ней происходит и где она находится, на Реброве, расположившемся напротив нее за столом с диктофоном и блокнотом.

Ребров начал допрос по всем правилам, спросив фамилию задержанной, но предъявить ей обвинение не успел, она перебила его:

— Послушайте, что вообще происходит? Что я такого сделала, что меня собираются допрашивать, да еще и без адвоката! Хотя…

Тут она поморщила лоб, подумала, потом дерзко вздернула подбородок и сказала:

— Вообще-то, зачем мне адвокат, если я ничего противоправного не совершала. Если вы о том, что я вторглась в чужое жилье… Так там никто же не живет, и я ничего не украла. Нет, мне не нужен адвокат. Я сама себе адвокат, понятно! Давайте уже, начинайте задавать свои дурацкие вопросы.

— Вы серьезно?! — Ребров бросил на нее презрительный взгляд.

— Чего серьезно-то? Я не понимаю, о чем вы.

— Вы подозреваетесь в убийстве вашей одноклассницы Карины Гуляевой.

— Чего-чего? То есть вы пригласили меня сначала в морг, показали мертвую Карину, а теперь, только на том основании, что мы с ней одноклассницы, решили повесить ее убийство на меня? Это я должна теперь спросить: вы серьезно? Какое еще убийство и при чем здесь я?!!!