Книга Забытый дом, страница 76 – Анна Васильевна Дубчак

А потом случилось такое, что он чуть не умер от страха: к нему подошли двое типов с нахальными рожами, повалили его на мерзлую землю лицом вниз да так сильно прижали к снежной льдистой каше, что он поранил себе нос и губы. Надели наручники.

Так вот оно, оказывается, как случается, когда нормального человека принимают за преступника!!! Возможно, кто-то позвонил в полицию и сказал, что где-то в этом районе бродит какой-то маньяк или эксгибиционист, и вот его, сидящего на холодной скамейке, и схватили! Спрашивается, разве нормальный человек, да к тому же еще и прилично одетый, будет вот так целый час сидеть напротив жилого дома и мерзнуть, когда всегда можно зайти и погреться в магазин или в кафе. Значит, он либо кого-то ждет, либо…

Но, с другой стороны, рассуждал Петр уже в машине, когда уже и не был уверен, что эти двое из полиции, какое кому дело, где он и сколько сидит? А что, если его похитили? Вдруг это его бывшая жена наняла этих молодчиков, чтобы они напугали его до полусмерти и заставили отдать ей Милу?

Надо срочно звонить Борису! Но как, когда руки в наручниках?

— Мне надо позвонить, — сказал он неуверенным голосом, но ему не ответили.

Тогда он спросил себя, а как бы в этом случае повел бы себя его брат, адвокат. Уж точно не так, как Петр. Он бы, во-первых, не дался бы им, он и физически был сильным и ловким. Во-вторых, нашел бы такие слова (если бы это были все-таки представители правоохранительных органов, оперативники, к примеру), чтобы жестоко запугать их юридическими угрозами. К тому же Бориса Бронникова многие знают в Москве, и уже это бы сработало. Но он Петр, а не Борис, и его, связав, как барана, везут неизвестно куда.

Он был удивлен, потрясен, когда его привезли в знакомый отдел и привели (в наручниках!!!) в кабинет Реброва. Вот стыдобища!

— Петр Михайлович! — Ребров, испытав настоящий шок, обложил своих оперов отборным матом. — Вы кого мне привели?!!!

— Валера… Я ничего не понимаю… — Петр, с которого мгновенно сняли наручники, уже растирал запястья, все еще не веря в свое чудесное спасение.

Когда за виновниками захлопнулась дверь, Ребров не сразу пришел в себя.

— Я просто сидел на скамейке, — блеял напуганный Петр, — как вдруг эти двое набросились на меня… Почему именно на меня? И вдруг я здесь. Надеюсь, это не ты дал им команду?

— Петр Михайлович, простите ради бога. Вас точно спутали. Позвонила женщина, представилась Надеждой Сергеевной и сказала, что только что разговаривала с любовником пропавшей Татьяны Муштаковой, с солидным таким мужчиной, который представился близким другом пропавшей, и что, скорее всего, он ее и убил. А теперь охотится на подругу Муштаковой, Светлану Каляпину, ее соседку, и что выслеживает ее, сидит сейчас напротив дома на скамейке… Ну я и среагировал! Получается, что тот, другой мужчина, ушел? И мои идиоты схватили вас?

— Они не идиоты. Это я идиот. — И Петр рассказал свою эпопею.

Пока говорил, испытывал сильное желание спрятаться, как нашкодивший мальчишка, куда-нибудь под стол, чтобы Ребров не видел его красного лица и глупых глаз. Это же надо было такому случиться, чтобы его задержали и привели к кому, к его же другу, Валерию Реброву, в отдел! Хотя, может, и не стоит ему уже так стыдиться своего поступка. Ведь его целью было на самом деле проследить за Ред, а то, что он наплел соседке, какое сейчас это имеет значение?