Онлайн книга «Смерть на голубятне или Дым без огня»
|
Ночью Иван Никитич спал дурно, видел обрывочные тревожные сны, ворочался с боку на бок. Утром он поднялся раньше всех и вышел к калитке, чтобы перехватить мальчишку-газетчика. Он даже пошел ему навстречу, нетерпеливо сунул монетку и почти бегом вернулся домой. На веранде он сел к столу и поспешно развернул «Листок». На первой полосе красовалась статья Ивлина. Иван Никитич не придал этому значения, судя по заголовку, там в очередной раз отстаивались какие-то права общественности. Он перевернул газетную страницу в поисках своей статьи. Она была размещена в конце. Сладков несколько сократил ее, впрочем, без особенного ущерба для замысла. Убедившись, что все в порядке, и что газетчик не стал приписывать непроверенных сведений об исчезновении Девинье, Иван Никитич вернулся к началу газеты и стал читать то, что написал Ивлин. Статья Артемия Ивлина в «Черезболотинском листке» от 2 сентября 1900 года Общественность требует расследования! Со вчерашнего дня недобрые слухи беспокоят жителей Черезболотинска. В торговых лавках и у колодца, на прогулке и в гостях шепчутся горожане об очередном случае утопления в Длинном озере. Вновь, как и в прошлом году, найдена оставленная на берегу мужская одежда и обувь. В течение всего дня полиция прочесывала озеро, но никаких примечательных находок сделано не было. Осмотр берега также не дал ничего нового. Все мы, впрочем, наслышаны о коварном нраве озера с его илистым неровным дном. Не один человек сгинул уже в этих водах. Но стоит ли грешить на водяного или русалок? Череда подозрительных открытий не может не навести на мысль о том, что исчезновение человека на озере не случайно и может иметь связь с другим произошедшим недавно в городе трагическим случаем. Впрочем, обо всем по порядку. 27 августа сего года на дворе своего дома был найден мертвым мещанин П. П. Карпухин, о чем мы подробно писали ранее. Полиция установила смерть от несчастного случая в результате падения с большой высоты. Действительно, Карпухин был заядлым голубеводом, и положение его тела указывало на то, что он мог сорваться со своей голубятни. Были извещены ближайшие родственники погибшего, и вот в наш город прибыла его сестра, в замужестве Кузякина А. М., по совету супруга своего пожелавшая выставить дом покойного брата на продажу, о чем мы также уведомляли уже в наших выпусках. Убитая горем, Кузякина едва знала, как поступить с нежданным движимым наследством: мебелью, птицами, книгами. Ваш покорный слуга не мог остаться в стороне и вызвался помочь несчастной женщине». «Вот ведь проныра! – покачал головой Иван Никитич, ощущая уже смутное беспокойство. – Помочь он хотел, как же! Разнюхать намеревался побольше, раскопать что-нибудь скандальозное надеялся!» «Особенно волновалась она о том, не оставил ли брат долгов. Честная женщина намеревалась непременно вернуть их, буде таковые обнаружатся. Она не раз повторила мне, что о ее покойном брате в городе должна остаться добрая память. Никаких долговых расписок отыскать в бумагах Карпухина мне не удалось, но я обнаружил весьма странные черновые записки. Они были в ящике его письменного стола, очевидно, покойный занимался ими незадолго до своей кончины». «Не мог покойный ничем заниматься, потому что покойным он стал после смерти, а не «незадолго до своей кончины», – придрался Иван Никитич к неверно выбранному слову. |