Книга Увидеть огромную кошку, страница 108 – Барбара Мертц

Энид, казалось, хотела возразить, но ничего не сказала, и Рамзес продолжал своим самым педантичным тоном:

– Если вы правы в своей оценке упомянутой дамы, мистер Вандергельт, в чём у меня нет причин сомневаться, то ключ к проблеме лежит в ней самой. Нынче она – единственная, к кому мистер Фрейзер прислушивается. У неё незаурядный опыт в изобретении неправдоподобных фантазий; ей следует придумать историю, которая разрушила бы существующую. Не могли бы вы, сэр, провести некоторое время вместе с миссис Джонс, исследуя различные возможности?

Морщинистое лицо Сайруса расплылось в широкой улыбке.

– Отличная идея, парнишка. Думаю, у меня получится.

Время шло, а мне не хотелось, чтобы мой любимый Эмерсон застал у нас Энид. Голосом, которым хозяйки говорят, что гостям пора уходить, я произнесла:

– А пока, Энид, вы должны вести себя вежливо с миссис Джонс и относиться к Дональду с бо́льшим пониманием. Я знаю, что это будет нелегко, но заставьте себя, дорогая. Самое главное – не оспаривайте убеждения Дональда. Рамзес прав; сейчас ваш муж далеко за пределами разумного, и споры ему не помогут.

Энид поняла намёк. Встав, она протянула мне Сехмет и с улыбкой сказала:

– Вы, как всегда, правы, Амелия. Я сделаю всё, что в моих силах. Спасибо всем вам.

– Я отправляюсь на паром с миссис Фрейзер, матушка. – Рамзес поднялся. – В любом случае мне нужно на дахабию: я хочу просмотреть исправления, внесённые сегодня днём, пока они ещё свежи в моей памяти, поэтому к ужину не вернусь.

После того, как они ушли, Сайрус вытащил свои сигарки и, попросивразрешения закурить, откинулся на спинку стула и скрестил ноги.

– Ваш сынок постепенно становится таким же хитрым и коварным, как и вы, миссис Амелия, – бросил он с улыбкой, превратившей фразу в комплимент. – Я бы посчитал себя обязанным сопровождать даму, если бы он не предложил, но он видел, что нам нужно больше времени для беседы.

Лично я сомневалась, что истинный мотив Рамзеса – необходимость джентльменского поведения. Я и вообразить не могла, чем же он на самом деле руководствовался, но Нефрет нахмурилась, а Давид сидел с ещё более виноватым видом, чем обычно.

– Что вы думаете о поведении Энид? – спросила я.

– Похоже, то же самое, что и вы. Она возражала с пеной у рта. Но почему?

Я подумала, что знаю причину, но не могла должным образом обсуждать эту тему с Сайрусом, даже если бы была уверена.

– Женщины – слишком совестливые существа, – заметила я. – Их – кроме меня, конечно – их научили брать на себя вину за всё, что не удаётся в браке.

– Тогда я предоставлю миссис Фрейзер вам, – ответил Сайрус, гася сигарку. – Если кто-то и в состоянии убедить даму, что она не виновата, так это вы, миссис Амелия. Однако юный Рамзес прав. Миссис Джонс – та, кто сможет найти выход скорее других. Думаю, что получу удовольствие от переговоров с этой дамочкой.

– Как вы собираетесь это устроить? – спросила я.

– Да просто заявлюсь вечером в «Луксор» и попрошу её поужинать со мной, – вежливо произнёс Сайрус. – Нет смысла таиться от Фрейзера; что плохого, если благовоспитанный холостяк пригласил вдову поужинать с ним в общественном месте?

– Очень умно, Сайрус, – согласилась я. – С вашей стороны очень мило тратить столько времени на это дело.

– Не за что. – Сайрус встал и взял шляпу. – Я дам вам знать, что произойдёт. Надеюсь, вы не забыли о моём завтрашнем soiree.