Книга Увидеть огромную кошку, страница 194 – Барбара Мертц

Если бы конь мог пожимать плечами, Риша не упустил бы такой возможности. Казалось, он собирался с силами. Рамзес тоже.

Чуть помолчав, я сказала:

– Можешь открыть глаза, Рамзес.

Триумфально поднявшись наверх, Нефрет повернулась и хмуро посмотрела на брата.

– Разве ты не видел меня? Почему ты не смотрел? Я это сделала! Абдулла, ты видел? Профессор?

– Да, дорогая, – слабо промычал Эмерсон. – Это было великолепно. Но не могла бы ты больше так не делать?

– Нужнопросто прыгнуть, – объяснила Нефрет, жестикулируя. – Одной ногой. А рука и другая нога только поддерживают тебя, пока Риша...

– Мы видели, – перебила я. – Так ты тренировалась, да? Очень мило. Но лучше дать Рише немного отдохнуть. Беги и сполосни лицо и руки, нам предстоит военный совет.

Дети утверждали, что ели, но я подозревала, что они просто купили у продавца еды в Луксоре какую-то ерунду. Во всяком случае, молодёжи никогда не помешает поесть. Я приказала Али принести помидоры и огурцы, хлеб и сыр, и вскоре от них и следа не осталось. На лбу Нефрет возвышалась большая шишка, на кончике носа – ссадина, но это её явно не заботило. «Она всё ещё такой ребёнок», – с нежностью подумала я. И почему бы нет? У неё вообще не было ни детства, ни нормальной жизни, пока она не оказалась у нас[237].

Напыщенные снобы могли бы заявить, что её жизнь и нынче не является нормальной. Однако восхождение на пирамиды, раскопки гробниц и преследование преступников, похоже, вполне устраивали Нефрет. И кто я такая, чтобы отказывать ей в правах, на которых всегда настаивала, и которых большинство женщин в нашем обществе несправедливо лишено? Даже право упасть с лошади, когда девушка пожелает.

Собравшиеся предоставили мне открыть совет, что было вполне уместно. Я выбрала косвенный подход.

– Я полагаю, вы все отправились на английское кладбище после моего отъезда?

Глаза Давида заблестели.

– Я говорил вам, что она узнает. Она всегда узнаёт.

– Да, – согласился Абдулла. – Она узнаёт. И что с кладбищем?

– На могиле миссис Беллингем были разбросаны полевые цветы, – объяснила я. – Нам известно, что их туда положил не полковник.

– Намизвестно? – повторил Эмерсон.

Нефрет отодвинула тарелку и наклонилась вперёд.

– Я думаю, что тётя Амелия права. Но теперь это неважно. Мы кое-что узнали. Я составила список.

Она вынула из кармана рубашки сложенный листок.

– Интересный подход, – одобрительно кивнула я. – Я тоже составила список – не из фактов, а из вопросов, на которые нужно ответить. Давайте сначала выслушаем твой, Нефрет.

– Фактически это совместные усилия, – улыбнулась Нефрет Рамзесу и Давиду. – Мы работали вместе.

– Отлично, – кивнул Эмерсон. – Продолжай, милая.

– Да, сэр.– Нефрет развернул лист. – Факт номер один. Миссис Беллингем не была похищена Скаддером. Она сбежала с ним.

– Да ладно! –воскликнул Эмерсон. – Так вполне могло быть, но почему ты констатируешь это как факт?

– Слишком много нижних юбок, – ответила я. Нефрет усмехнулась мне. Эмерсон всплеснул руками.

– Дорогой, но это очевидно, – стала объяснять я. – У неё было по крайней мере десять нижних юбок. Женщины не носят больше трёх-четырёх под сегодняшними юбками; гладкая линия от талии до…. – Увидев выражение лица Эмерсона, я решила, что лучше не распространяться о юбках. – Ещё один убедительный момент: она взяла с собой бальное платье из синей камки[238], которое послужило внешним саваном. В последний раз её видели в послеобеденном платье. Она не могла переодеться в вечернее без помощи горничной или собственного мужа, но ни та, ни другой не признались, что видели её. Следовательно, она вышла из отеля вскоре после того, как вернулась с чаепития в консульстве – с чемоданом или сундуком. Можешь ли ты представить себе похитителя, который ждёт, пока женщина соберёт свои вещи, а затем прихватывает их вместе с ней без активной помощи похищаемой?