Книга Другая семья моего мужа, страница 64 – Лу Берри

Нам больше нечего было делить.

Не за что было воевать.

Всё, что я могла теперь — это оставить все худшее в прошлом, постаравшись помнить лишь лучшее.

Лучшую версию Рудольфа. Ведь я ее знала.

Обняв Антона Андреевича на прощание, прошептав ему напоследок несколько тёплых слов, я побрела по лесной тропинке куда-то в сторону дороги.

Свёкор предлагал меня подвезти, но я отказалась. Хотела проветрить голову, подумать о том, что будет дальше…

Но одной остаться все же не удалось.

— Василиса!

Я обернулась на окрик. Ко мне со всех ног спешил Макс. И откуда он только здесь взялся?..

Однако я ощутила, что рада его видеть. Что при виде него на душе становится легче и светлее.

Всё это время со дня знакомства мы были на связи. Он не отказался от желания нанять меня композитором для своего фильма, даже уже продумал план, как отмыть мою репутацию, собирался задействовать СМИ…

Но Рудольф в итоге сознался во всем сам.

— Ты чего это тут? — спросила с легким удивлением.

Он порывисто пожал плечами и его кудряшки от этого жеста забавно заплясали.

— Ну, ты говорила, где будешь… и я решил приехать и дождаться тебя. Не знаю, как тебе, а мне, когда грустно, становится легче, если кто-то есть рядом.

Я мягко улыбнулась.

— Ну, не знаю, как насчёт кого-то… но от того, что рядом ты, мне и вправду легче.

От этих слов он просиял и тепло его улыбки коснулось самой моей души.

— Значит, не зря приехал, — заключил он, уже почти привычно укладывая мою руку на сгиб своего локтя.

— Не зря, — подтвердила я просто и честно.

Мы неспешно побрели вдоль сосен, окруженные умиротворяющей тишиной леса, прерываемой лишь шумом едва накрапывающего дождя…

И мне впервые за последние несколько месяцев было так спокойно.

И так верилось, что будущее обязательно будет лучше прошлого.

Год спустя

Бирюзовые воды океана ласково омывали босые ноги.

Шаловливые волны набегали, игриво целовали загорелую кожу и тут же вновь скрывались в бесконечной, вечной синеве.

Я сидела на белоснежном, мягком и мелком, как мука, песке. Сидела, не заботясь о том, что потом придётся долго смывать песочек с кожи и купальника, не думая, что жгучее солнце может обжечь мою спину и руки. Все это — такая ерунда в масштабах всей нашей жизни.

Ведь это такое счастье — хотя бы ненадолго оставить позади все заботы, волнения, бесконечные задачи и обязанности…

И разделить эту безмятежность только с самыми родными и близкими.

Я повернула голову, отыскивая глазами детей. Сын и дочь с самого нашего прибытия почти безвылазно плескались в море. Вот и сейчас Паша кружил на воде надувной матрас, на котором лежала Карина, и оба они счастливо смеялись…

В этом году мы всей семьёй выбрались на Кубу. И дочь наконец гордо везла по аэропорту свой заветный чемоданчик…

Таким образом, я исполняла те обещания, которые когда-то дал детям Рудольф.

Имя бывшего мужа, всплывшее в голове, заставило меня ненадолго погрузиться в мысли о прошлом.

Первое время после его ухода было весьма непростым.

В наследство детям остались, практически, только деньги на счетах отца и машина, но это было не так уж и мало. Бизнес Рудольфа погиб с ним вместе — статус индивидуального предпринимателя по наследству не передавался.

А мне пришлось разбираться с ещё несколькими моментами.

К счастью, у меня был свёкор, что до выхода на пенсию являлся авторитетным юристом. Вместе с ним мы сели и проанализировали ситуацию.