Книга Другая семья моего мужа, страница 8 – Лу Берри

Накануне, по возвращении домой, сил не осталось уже ни на что, поэтому утром я встала пораньше и поехала в школу, чтобы завершить подготовку к уроку.

Неблагодарная это была работа — преподавание: требований к тебе много, сил отдаёшь много, а зарплата совсем не равна потраченным усилиям. И хорошо ещё, если кто-нибудь скажет хотя бы «спасибо» за то, что делаешь.

Не о такой жизни я когда-то мечтала, не таким видела свое будущее. Как, в общем-то, и многие другие люди. И сетовать на жизнь теперь никакого смысла не было.

Аккуратно потерев виски, стараясь не задеть и не размазать скромный макияж, я выдохнула. С утра нагрянула непогода — надо было узнать, как добрались до школы дети, хоть им и было идти совсем недолго.

Бросив взгляд на часы, я дождалась момента, когда настала перемена и позвонила сыну.

— Да, мам, — отрывисто ответил Паша.

— Сынуль, вы как до школы дошли? Карина не плакала из-за грозы?

Он почему-то помедлил прежде, чем ответить.

— Нормально. Папа подвез.

Иллюзий на этот счёт я не питала — видимо, дети сами попросились. Рудольф был из тех отцов, которых пока не пнешь — не полетят, то бишь до очевидного не додумаются. И с этим можно было только смириться.

— Если так и будет хлестать ливень — позвони мне, я попрошу тётю Любу, маму Вадика, вас подвезти, ладно?

— Не волнуйся, — просто ответил сын.

Я улыбнулась: ну совсем как взрослый.

* * *

Вечером, вскоре после того, как мы всей семьёй поужинали, раздался звонок от Лили.

— Васюш, привет. Я насчёт собеседования… ты там не передумала?

Я представила новую школу, новых учеников, новый кабинет, а обязанности и повинности — старые. Почти затухший во мне голос авантюризма нашептывал, что, возможно, настало время перемен и не стоит торопиться ступать на прежнюю, уже накатанную дорожку, но голос реализма был громче и настойчивее, и он говорил, что возвращение к прошлому практически невозможно, и причин на это — вагон и маленькая тележка.

Я ответила честно:

— Лиль, не уверена, что соглашусь в итоге на эту работу, но сходить, узнать условия мне, в целом, было бы интересно.

— Ну и правильно! — горячо откликнулась она. — Только совсем отчаявшиеся люди сходу кидаются на первое попавшееся предложение. Ну, в общем, вот что. Я созвонилась с директором сто семнадцатой, её зовут Альфия Аслановна. Знаю, что у тебя продолжаются уроки в школе, плюс ты ещё частные даёшь, поэтому договорилась на вечер, на семь часов. Тебе подойдёт?

Я с благодарностью выдохнула:

— Идеально. Позвоню тебе сразу после.

Закончив разговор, я отвернулась от окна, у которого стояла, и заметила, что на кухне была не одна. Рудольф замер на пороге и, судя по всему, слышал конец разговора, потому что в глазах его светилось любопытство, чего он, впрочем, и не думал скрывать, открыто поинтересовавшись:

— Кто звонил?

Вот все-то ему надо знать!

Я не удержалась от того, чтобы его подразнить:

— Любовник. Встречаюсь с ним завтра в семь вечера, ты же посидишь в это время с нашими детьми?

Шутка Рудольфу почему-то не понравилась.

— Вась, тебе бы с твоими шутками да в стенд-ап. Ты не можешь просто нормально ответить?

Я, конечно, могла. Нормально, но не откровенно. Зная Рудольфа, не сомневалась — он будет меня подстегивать срочно принять это предложение о работе, а мне самой ещё нужно было подумать. Поэтому, пока не было никакой определённости касательно этой должности, я сочла за лучшее не говорить ему о собеседовании вовсе.