Онлайн книга «Грешная жизнь моего мужа»
|
Я рассказывала ей о самочувствии Влада сама, зная, что Летта, хоть и не интересуется вслух, но все же о нем переживает. И этот день рождения без него для неё — грустный праздник. Поэтому в итоге мы все отменили. Близкие друзья знали о том, что Влад в больнице, поэтому отнеслись ко всему с пониманием. Никто не догадывался о том, что на самом деле Летта просто не хочет, чтобы кто-то заметил, что вместо радости в её душе — печаль. Так и вышло, что день рождения дочки мы справляли втроем: я, Летта и Лева. Я видела, что дочери все ещё непросто смириться с существованием брата, с которым теперь придётся делить папу, но она все же проявляла совсем не детскую мудрость: не перекладывала на мальчика грехи отца. Понемногу к нему привыкала… И я ловила себя на мысли о том, что искренне хотела бы, чтобы дети подружились. — Ну, давайте проверим, как там наши коржи, — предложила я с улыбкой и приоткрыла духовку. Праздновали мы так, как пожелала Летта. Именно она попросила не купить, не заказать торт, а испечь его всем вместе. Так мы и сделали: дети помогали мне замешивать тесто, готовить крем, и в эти мгновения оба казались вполне счастливыми. Ещё утром я вручила Летте подарок — изящные часики, очень похожие на те, что она иногда у меня таскала. А Лева подарил ей букет. Купить цветы он не мог, поэтому они были бумажными — он сделал их собственными руками и с огромной старательностью. Даже раскрасил каждый цветок, придавая ему неповторимый оттенок. Судя по тому, что Летта поставила букетик навидное место рядом со своей кроватью — подарок она оценила. И Лева это тоже заметил. — Ну, думаю, пора собирать наш торт, — возвестила я, доставая из духовки коржи. — Только пусть немного остынут. А мы пока с вами фруктовый салатик сделаем… Дети как раз мыли фрукты, когда в дверь кто-то позвонил. Отложив в сторону нож, которым разделывала яблоко, я вытерла руки и подумала о том, что, быть может, это снова кто-то из подружек заглянул к дочке с подарком — несколько человек уже заходили к нам, чтобы поздравить, несмотря на то, что мы не отмечали. Я ошиблась. Хотя и не полностью. Это была не подруга Летты. Но все же человек, который, очевидно, очень хотел её поздравить. — Ты же в больнице должен быть, — выдохнула я, глядя на стоявшего на пороге Влада. — Тебя ведь только на следующей неделе должны выписать… — Я сбежал, — сообщил мне Влад с печально-вымученной улыбкой. — Точнее, уболтал врача отпустить меня поздравить дочку… Он развернулся и втащил в квартиру огромного плюшевого медведя, после чего нагнулся, чтобы снять обувь. Болезненно поморщился — видимо, швы на спине причиняли боль. Я сжала руки в кулаки, давя на корню привычный порыв ему помочь: Владу пора было учиться быть мужчиной. Когда он выпрямился, с облегчением выдохнув, его взгляд резко метнулся мне за спину. Я тоже обернулась: Летта стояла позади меня, а точнее — застыла на месте, как изваяние. В её глазах бушевали все те эмоции, которые она так отчаянно старалась не показывать. Она стояла, безотрывно глядя на отца, но не делая ни единого шага ему навстречу, словно не знала, как теперь себя вести с этим человеком — своим любимым папой, который так её разочаровал. Влад взял в руки медведя, подошел к Летте и, присев перед ней на корточки, сказал: |