Книга Семь "Я" Семеновых, страница 42 – Жанна Софт

— Что тебе надо? — спросил он, понимая, что его грубость вряд ли ее проймет.

— Кирилл, ты собираешься жениться на Наталье, верно?

Наумов кивнул несколько неуверенно. Собирается, ли?

— А ее сестру, ты, я так понимаю, встретил в институте?

Может ей все рассказать? Все равно догадается сама…

Кирилл снова кивнул.

— Она была твоей студенткой?

— Именно, — ответил он, вымучив усмешку, — к чему ты клонишь?

— У тебя с ней что-то было?

Кирилл поднялся, и взглянул на подругу.

— Разве это имеет значение?

Рита тоже поднялась. Его ответ ей уже не был нужен. Он юлит. Значит было…

— Кирилл, она сестра твоей невесты. Она Семенова. Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь?

Наумов посмотрел на Маргариту тем своим чужим взглядом, и ей стало не по себе.

— Я ничего не делаю, — прошипел он, — не будь дурой.

— Своей грубостью ты ничего не добьешься. Я единственный близкий человек тебе здесь. Я знаю тебя довольно давно. И понимаю твои настроения. Ты просто скажи мне, что ты понимаешь, что делаешь.

— Я понимаю…

Он не понимал.

Рита смотрела на него, а перед ее мысленным взором всплыл образ милой девушки с портрета. Ах, как нечестно! Она появилась, и за неделю сделала то, на что Рита не решалась уже десять лет.

Он стоял к ней спиной. Засунув руки в карманы, отодвинув полы пиджака, спина ровная, ноги расставлены, солнце освещало его фигуру.

— Кир? — жалобно позвала Рита.

— Я захотел ее с первого взгляда, — неожиданно сказал он, — она разбила мне нос дверью. Когда боль поутихла, и я смог смотреть на неё, не щурясь… это, были самые счастливые моменты в моей жизни…

Рита едва сдерживалась, чтобы не заткнуть уши руками. Нет! Этого она слышать не хотела.

— Потом, когда она неожиданно появилась на трассе, я подумал, что девчонка просто преследует меня, как в тех страшных историях о маниакальных страстях учениц к своим учителям. Оказалось, нет. Она показалась мне такой необычной… этопохоже на безумие. Я пригласил ее позировать для «Феи».

Рита не отводила глаз от его профиля, освещенного солнцем. Почему она не могла сделать его счастливым? Зачем ему эти Семеновы?

— Она позировала мне. Я не видел холста, не различал красок,… я видел только ее. А потом она меня поцеловала, прямо там, у холста. Я понимал, что моя оборона рушится. Я не могу противостоять своим чувствам, я слабак.

— Кирилл

— Она пришла, чтобы сказать, что уезжает. И никак не могла захлопнуть ту чертову дверь,… я ей помог, она оказалась в моих объятиях. Пришел в себя, когда все было кончено. Она спросила: «Что теперь?». И знаешь, что я ей ответил?

Кирилл обратил безумный взгляд на Риту. Та сидела на своем белоснежном диване, сцепив руки, и выпрямив спину. Она казалась напряженной, и внимательной.

— Я ей ответил «не знаю». Господи, как я жалок!

Рита поднялась, и шагнула к Кириллу, в надежде обнять.

— Ну что ты…

Наумов отступил, не желая принимать ее объятия.

— Я обещал, что не буду плакать в твоих объятиях.

Марго закусила губу.

— Ты ее любишь? — помолчав, спросила она.

— Да.

— А Наташу?

Кирилл снова отвернулся к окну, и помолчал.

— Если я ее брошу, я себе этого не прощу.

Рита нахмурилась, откинув в сторону все свои чувства и симпатии, оставив ситуацию в ее реальном виде, старалась рассуждать здраво.

— И что ты предлагаешь? Жениться на старшей сестре, и всю жизнь врать ей, делая тем самым несчастной? Ты не думал, что если женишься на Наталье, сделаешь несчастными обоих? Сколько этой девочке, студентке, лет? Наверное, в районе двадцати? О ней ты подумал?