Книга Семь "Я" Семеновых, страница 49 – Жанна Софт

— Поздравляю, дорогие родители, — добродушно сообщил Максим, — вы вырастили еще одного гения!

Все засмеялись. В этот момент в гостиной появилась безупречная Наталья в строгом костюме, не смотря на довольно расслабленную обстановку. После представлений и знакомств, на котором снова отличился Машин спутник, Скворцов, все снова расселись, добавив шампанского в бокалы.

— Наташа, а когда подъедет Кирилл? — спросилаОльга у старшей дочери.

— Обещал завтра к обеду. А там не знаю…

— Он невероятно талантливый художник, — задумчиво сказала Даша, — одна из его картин висит в нашей… — девушка осеклась, а затем, придя в себя, добавила, — в нашей с Антоном спальне.

— Да, он хорош, — выдохнула Маша, вспоминая небольшой натюрморт в своем кабинете.

— Но я влюблена в его коллекцию «Лесные феи», — сообщила Наташа.

— Надо же, какое интересное название, — расслабленно заметил режиссер, — и кто же на них изображен? Неужели феи?

Лена захихикала.

— Да, именно так, — спокойно сказала Наташа, — там изображены шесть очень красивых женщин, а седьмой наша Ксюха.

Все обратили свои взгляды на девушку.

— Это правда?

— Неужели?

— Трудно было?

— Странно, мало кто рисует портрет с натуры. Разве что по заказу.

Ксюша лишь пожала плечами.

— Кирилл Семенович мне предложил, я согласилась. Вот и все.

— Ой, знаете, это был такой занимательный процесс! — подхватила Вика, пользуясь всеобщим вниманием, — Ксюша позировала в такой белой тунике…

Медленно разговор перекочевал из искусства в кино, потом литературу и политику. Первой ушла спать Даша. Потом Маша и Ксюша с Викой. Ольга с мужем, извинились, и скрылись в своей спальне, о чем-то шушукаясь. Сергей вышел во двор, и сел в кресло на веранде. Там, покачиваясь, он курил, и смотрел в звездное небо.

В гостиной остались Лена, Григорий и Макс.

— У вас действительно большая семья, — выдохнул он, — я всегда мечтал о такой.

— Чтобы ее получить, — сказала Ленка, — достаточно жениться на мне, и поцеловала Рязанова в губы.

Макс, который стал свидетелем этой сцены, понял, что именно замужество станет следующим пунктом программы Елены, от плана которого Рязанов просто не сможет отступить.

— Вы слышали, как вела себя эта подружка Ксюхи? Сразу видно, затычка! Наверняка склепает статейку о нас с тобой!

Гриша молча поднялся с дивана, оставив Лену обиженно надув губки.

— Я пойду. Действительно устал, — сказал он.

— Ничего, если я останусь? — кинула она в след мужчине.

— Конечно, мы ведь на отдыхе, детка.

Когда шаги Рязанова стихли, Макс сел рядом с сестрой.

— Господи, Семенова, я не знал, что ты такая вероломная, — сказалон, — Он ведь совершенно не в себе!

— Он придет в себя. Со мной.

— Насколько я понял, та история с избиением журналиста, то был Рязанов?

Лена нехотя кивнула.

— Знаешь, скольким я дала по морде?

— Мне бы очень хотелось тоже, но это не выход…

— У тебя просто нет опыта. Вон, попрактикуйся на ярком представителе прессы, госпоже Виктории.

— Прекрати.

— Вспомни, как она измарала твое имя на пятнадцати листах своего очерка «О Спорт! Ты мертв!». Я его сохранила, специально для тебя.

— К чему эти жертвы? — усмехнулся Макс.

Лена поднялась и наполнила свой бокал, на этот раз мартини.

— К тому дорогой, что когда тебя бьют, надо давать сдачи.

— Я не могу дать сдачи женщине.

— Я фигурально. Женщине даже проще дать понять, что она ничтожество, чем мужчине.