Книга Дети от предателя. Он не узнает, страница 18 – София Брайт

– Ясно, – бормочу себе под нос, хватая со стола первый попавшийся журнал.

Чем дольше я сижу, тем сильнее растет градус напряжения. Логика у Глеба, конечно, хромает. Устроить мне порку за опоздание, но заставит ждать, забирая этим драгоценное время работы.

Судя по настенным часам, мое ожидание затягивается практически на час, и за все это время никто не входил в кабинет Глеба и не выходил.

– Простите, – напоминаю секретарше о своем присутствии. Несмотря на ее бурную деятельность, мне начинает казаться, что она напрочь забыла о моем присутствии или вовсе не доложила о моем приходе. – А Глеб Романович вообще в курсе, что я его здесь жду?

– Да, конечно, – отвечает она так, будто и не человек вовсе, а нейропомощница.

Менявся эта ситуация злит. Я понимаю, что теряю драгоценное время в угоду прихоти злобного бывшего.

– Тогда, может, мне лучше вернуться в кабинет, чтобы заняться работой и не сидеть тут просто так?

– Секунду! – у нее на столе мигает кнопка селектора. Девушка поднимает трубку. – Да, – говорит она в динамик. – Да, Глеб Романович. Она здесь. Хорошо.

Брюнетка опускает трубку на базу.

– Вы можете пройти, – говорит она, не глядя на меня.

– Спасибо, – бросаю немного раздраженнее, чем следовало.

Я поднимаюсь с дивана и уверенной походкой иду к кабинету начальника. Но чем ближе оказываюсь к двери с заветной золотой табличкой, тем тяжелее дается мне каждый новый шаг. Ноги будто наливаются свинцом.

Дальше все происходит как в тумане. Я поднимаю руку и стучу по деревянному полотну.

– Входи, – слышу твердый голос бывшего.

Делаю глубокий вдох и оказываюсь внутри. Кресло Глеба повернуто ко мне спинкой, и я слышу, как он разговаривает с кем-то по телефону.

– Реши этот вопрос, Олег. Сроки поджимают… Да. Все… Жду новостей.

Кресло медленно поворачивается, и глаза Любимова вонзаются в меня.

Мы смотрим друг на друга, и ни один из нас не произносит ни слова.

– Терехова, – наконец говорит он тоном строгого начальника, – мне кажется, я просил объяснительную.

– Вот она, – подхожу к столу и опускаю на него лист, который успела изрядно пожулькать за время ожидания. – Теперь я могу вернуться на рабочее место? – смотрю на него пристально и совершенно не вижу в этом надменном мужике того парня, которого любила когда-то.

Глеб, не прерывая со мной зрительного контакта, берет листок и пробегает по нему глазами.

– Опоздала на автобус, значит, – откладывает объяснительную в сторону и проходится по мне задумчивым взором.

– Да, ушел прямо из-под носа, – не знаю, как удается говорить четко, потому что под прицелом его испытующего взора я краснею, бледнею и в целом чувствую себя так, будто это и не я вовсе. А я лишь наблюдаю за этой девушкой, которая не знает, куда деться.

– Как интересно, – стучит пальцами по столу Любимов. – Значит, так, Лина…

– Ангелина Матвеевна, – поправляю босса, напоминая, что между нами теперь нет места неформальному общению.

Уголки рта Глеба поднимаются в легкой усмешке, и я вижу озорной блеск в его глазах.

– АнгелинаМатвеевна, – говорит он. – Опоздания в нашей компании не приветствуются. Более того, они наказываются.

Я буквально чувствую, как у меня горят уши, а внутри все кипит от возмущения. Его слова настолько расходятся с реальностью, с тем, что мне говорил Майков, и тем, что я видела на примере других сотрудников. Поэтому меня разрывает от чувства несправедливости и обиды.