Книга Пустышка, страница 30 – Дина Павлова

К счастью, меня догоняет водитель Тиграна. В его руках мои остальные чемоданы. На его лице любопытство и что-то похожее на сочувствие, как сочувствуют брошенным домашним животным.

— Лилия, моя задача — довезти вас до гостиницы. Тигран просил передать, что он оплатит вам проживание на пару недель, после чего предоставит квартиру, где вы и будете жить. Документы в этой маленькой сумке.

Глянув на водителя, я киваю, но сказать ничего не выходит. По моим щекам все еще катятся слезы. Доберусь до гостиницы и буду рыдать одна, уткнувшись в подушку.

И когда я уже думаю что все закончилось, когда мои чемоданы погружены в багажник, в открытые ворота въезжает знакомая «ауди» и паркуется возле дома. Я не верю своим глазам. Аня? Но что она тут делает? Всхлипывая, подхожу к ее автомобилю.

Выходить она не спешит. Приоткрыв окно, с любопытством меня оглядывает и наконец произносит:

— Езжай, Лиля… А твое ожерелье я сама возьму. Оно ведь так и осталось в сейфе. Проиграла ты, подруга…

Всю дорогу я плачу. Жить не хочется, не хочется ничего. В моем расколовшемся на куски мире страшной тенью встает осознание предательства мужа и самой близкой подруги. Они спали друг с другом, у меня за спиной! И все это время оба лгали!

Я всхлипываю, не стесняясь водителя. Мне плевать что он обо мне подумает, я даже не смотрю куда меня везут, хоть в лес.

Наконец мы паркуемся возле какого-то мотеля. Одного взгляда на вывеску достаточно чтобы понять что Тигран решил на меня больше не тратиться. Но все равно это лучше чем ночевать на улице под начинающимся дождем.

Я выхожу из шикарного автомобиля, ловя себя на мысли, что больше на таких ездить мне не придется. Вот и закончилась сказка, Золушка возвращается в свою конуру. Хрустальная туфелька больше не аргумент, ее теперь носит другая принцесса.

Водитель доносит мои чемоданы до номера, помогает заселиться. И я понимаю, что он это делает из жалости. Чертовой жалости ко мне, к моему положению! Но я все равно ему благодарна за человеческое отношение.

Наконец я оказываюсь в крохотном, неуютном номере, с жесткой кроватью и тусклым светильником. Я так замучена, так устала и так рада что этот ужасный день закончился, что просто падаю на постель и, не переставая плакать, засыпаю. Мне ничего не снится, только блаженная темнота.

На следующее утро мне сначала кажется, что все что произошло до этого — дурной сон, кошмар, нечаянно созданный моим воображением. Но когда я открываю глаза, то вижу над собой низкий сероватый потолок, посреди которого висит безвкусная фиолетовая люстра. А я лежу как и уснула накануне — поверх покрывала, в одежде, с размазанным по лицу макияжем.

Я с трудом поднимаюсь и хватаюсь за голову, которую пронзает острая боль. Мне не хочется умываться, искать чем позавтракать, разбирать чемоданы. Мне не хочется ничего. Я сижу, согнувшись, минут двадцать, пока не раздается пиликанье полуразрядившегося телефона.

Сообщение от Ани.

Морщась от головной боли, я беру в руку сотовый. Тварь. Выслала фото где она в моем ожерелье. Мерзкая тварь!

От ненависти и боли мне хочется орать! Но, как ни странно, это дает силы чтобы подняться и хотя бы умыться и принять душ. А ведь Аня чувствует себя победительницей, она сейчас упивается своим превосходством.Она всегда, абсолютно всегда мне завидовала, ей было просто необходимо меня растоптать.