Книга Развод. Проблема для миллиардера, страница 24 – Марта Заозерная

Последнее время за пределы своей специализации я носа не высовывала. Андрей творил, что хотел.

— А куда мы едем? — с трудом выталкиваю из себя, когда машина трогается.

Эдуард переводит взгляд с Ангелины на меня и молчит некоторое время.

— На ваш выбор, Ксения. Можете остановиться или в моей квартире на Патриках, или в высотке на Котельнической набережной, в ней совсем недавно ремонт завершили. Но я думаю, ребенку благоприятнее всего в доме жить будет.

Он вроде бы дает выбор, но по факту — это иллюзия, решение уже принято им самим. Объяснить сложно, я просто чувствую — он из тех, кто привык принимать решения самостоятельно. Остальные безропотно им следуют.

— В Вашем доме… — проговариваю вслух, чтобы проще было мысль принять. — Мне бы не хотелось Вас обременять.

Ангелина обычная девочка. Все дети шумные.

— У нас был кое-какой уговор, — напоминает мне. — Я всё ещё жду, что Вы, Ксения, займетесь моим лечением. И будет гораздо удобнее, если находиться поблизости сможете. У меня не так много свободного времени.

— Я всё просмотрела. Как раз планировала с Вами связаться, — вру, от чего краснею стремительно. Очень хочется верить, что в приглушенном свете не видно моих алых щек. — Думаю, курс займет три — пять недель. Всё зависит от интенсивности лечения и, конечно, Ваших нагрузок.

Эдуард Наумович действительно весело усмехается. Впервые вижу его в настолько приподнятом настроении.

— С этим беда.

— Я так и поняла, — невольно улыбаюсь.

— Тогда решили — поживете пока у меня. За это время какраз решится вопрос с квартирой и клиникой.

От его тона у меня мурашки бегут.

Вскидываю голову, желая в глаза заглянуть.

— А что с ними будет? Что не так? — понимаю, что могу услышать в ответ.

— Переход права собственности. Мои юристы оформят все документы на Вас, Ксения.

Мне словно кол в спину вгоняют. Машинально равнее сажусь. Желаю скрыть напряжение, на деле же, наоборот, горю, открывая всем вокруг свое замешательство.

— А как же Андрей?

— Ксюш, — обращается ко мне деликатно, я бы даже сказала — снисходительно, — Вы уверены, что хотите поговорить о своем муже именно сейчас? — кивает в сторону Ангелины.

Она полностью поглощена новой игрушкой, крутит в руках то ли зайчонка, то ли котенка. Разрозненность чувств не дает сконцентрироваться, отсеивая все незначительные элементы.

— Нет. Нет, конечно, Вы правы, — смотрю на свои руки и понимаю — нещадно дрожат. Для человека моей специальности лишние эмоции — непозволительная роскошь. — Его посадят?

Вопрос не дает мне покоя.

И ещё тысяча подобных ему. Как Эдуард Наумович оказался у дома Веры так быстро? Как он и его люди вообще там оказались? Что теперь будет с клиникой и Андреем? Что он успел натворить? Понятно, что у меня к мужу очень много претензий, но припечатали его к полу явно не из-за того, что он распускал руки.

— Ксюш, знаете, я не всегда понимаю, зачем некоторые люди, в особенности женщины, берут на себя слишком многое. Зачем? У Вас проблем сейчас мало? — снова бросает взгляд на Ангелину. — Занимайтесь ребенком. Учитывая поведение Вашего мужа, Вы ему уже никак не поможете. Лучше подготовьте список всего необходимого для вас с дочкой. Хотя бы на первое время. Расскажете Тамаре, с чем девочка любит играть. Завтра для нее городок установят.

— Не стоит беспокоиться…