Книга Реанимируй моё сердце, страница 34 – Галина Колоскова

— Я чувствую жалость. Моральное и физическое отвращение. И огромную, всепоглощающую усталость. Усталость от всей этой грязной истории. Ты пришёл сюда не потому, что осознал свой грех, а потому, что тебе некомфортно. Потому что жизнь с Снежаной оказалась не такой розовой, как тебе мечталось…— Провожу взглядом по мятому пиджаку. Марк никогда не знал и не знает с какой стороны отпариватель включают в розетку. — Ты скучаешь не по мне, а по тому комфорту, который я тебе обеспечивала. По чистой рубашке и горячему ужину. Ты не хочешь меня вернуть. Ты хочешь вернуть свой старый, удобный быт.

Он смотрит на меня, и в его глазах читается ужасающее понимание. Понимание того, что я вижу егонасквозь. Возмущается вполне искренне:

— Нет, Арина, это неправда! Я люблю тебя! Я всегда любил только тебя! Это была ошибка! Огромная, чудовищная ошибка!

Похоже, он сам верит тому, что говорит. Хочется рассмеяться в голос, но нельзя. Цежу сквозь зубы:

— Ошибка, которая длилась полгода, Марк? — мой голос всё так же спокоен. — Ошибка, в которую ты вложил наши общие деньги, оплачивая капризы сестры? Нет. Это не ошибка. Это — выбор. Твой осознанный выбор. И теперь ты пожинаешь его плоды.

Я делаю шаг назад, чувствуя, как дистанция между нами становится непреодолимой.

— Я не вернусь к тебе, Марк. Никогда. Ты для меня — часть прошлого. Как вырезанный аппендикс. Было очень больно, но теперь я здорова.

— Дай мне шанс! Один шанс! Я всё исправлю! Я уйду от неё, мы продадим эту квартиру, я…

Противно до тошноты.

— Хватит! — короткое слово звучит резко, как удар хлыста. — Не унижай себя дальше. Ты и Снежана заслужили друг друга. Разбирайтесь со своим «счастьем» без меня. В моей новой жизни для тебя нет места…— Единственно непонятный, неприятный момент. —Поздравляю с беременностью любовницы.

— Какой беременностью? — округлившиеся глаза «счастливого папы» говорят о многом. Либо Марк ничего не знает об этом, либо мерзавка, как всегда, соврала родителям.

Усмехаюсь в оторопевшее лицо.

— Спроси у Снежаны. Родители уже в курсе. Готовься к их визиту!

Я вижу, как последняя надежда покидает его. Широкие плечи безнадёжно опускаются. Он сломлен. Окончательно и бесповоротно.

— Я… я понимаю, — он бормочет, глядя в пол. — Просто знай… Я всегда буду любить тебя. И сожалеть о том, что сделал.

Он поворачивается и, не глядя на меня, идёт к выходу. Крупная фигура кажется маленькой, жалкой на фоне светлого, просторного холла.

Я стою неподвижно несколько секунд, наблюдая, как дверь закрывается за призраком прошлого. Во рту горький привкус. Не от слёз, а от горечи правды. Правды о человеке, которого я когда-то любила.

Я разворачиваюсь и иду обратно в свой кабинет. Мой шаг по-прежнему твёрд. Спина прямая. Захожу в кабинет, закрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной. Глубокий вдох. Глубокий выдох. Считаю до десяти. Всё кончено! Дверь в прошлое захлопнута навсегда. Настенные часы громко отсчитывают настоящее.

Подхожу к столу, беру планшет с презентацией.Длинные пальцы не дрожат. Смотрю на своё отражение в тёмном экране. Женщина с глазами, видевшими боль, но не потерявшими блеска.

В этот момент смартфон снова вибрирует. Бросаю взгляд на экран, ожидая увидеть имя Марка. Но это не он.

Снежана. Неужели следила за «женихом»?

Сообщение короткое, полное привычной истерики избалованной «девочки».