Книга Бывшие. Попробуй нас вернуть, страница 22 – Галина Колоскова

Мы продолжаем поиск, заглядывая в каждый тёмный угол, проверяя каждую комнату. Объезжаем все заброшенные строения в округе — старые фермы с прогнившими крышами, полуразрушенные склады, покинутые дома с выбитыми окнами. Каждый подвал изучен. Пока нет никакого намёка на присутствие Никиты.

Последней точкой становится небольшой заброшенный домик на холме. С первого взгляда понятно — отсюда открывается идеальный вид на посёлок.

Заходим внутрь — на столе свежие следы пребывания: недоеденные помидоры и яблоки, наполовину съеденный бутерброд, пустые пачкииз-под сигарет и несколько банок с окурками, аккуратно сложенными в угол.

Вот то, что искали. Первая крошка хлеба, как в сказке. В душе поднимается злость.

— Наблюдательный пункт. Отсюда как на ладони виден и наш дом, и стройплощадка… — бормочу я чуть слышно, подходя к окну. — С этого момента ведём себя осторожно. Может, где-то в кустах сидит человек из дозора.

Сам себе противоречу, поддавшись ярости. Пинаю в сердцах банки. Земляной пол покрывается ковром из окурков.

Но где же тогда Никита?

Смотрю на пожелтевшую бумагу, заветренные кончики с обгоревшим табаком. Заплесневелые огрызки овощей и хлеба среди них. Присаживаюсь на корточки посреди кучи. Внимательно разглядываю её содержимое. Обнаруженное вызывает оторопь и новый приступ злости.

— Судя по следам, наблюдение велось не менее недели. Ещё до нашего появление в посёлке.

Виктор согласно кивает,добавляя:

— Не отстал бы этот упырь от Лики Игоревны. Всеми способами пытался бы получить разрешение на мусорный полигон. Я на её стороне. Но он бы не отстал. Готовился прижать её основательно. Что может женщина в одиночку? — Говорит со знанием дела: — Всё бы подписала, как любой из нас, чтоб вернуть сына.

Принимаю это намёком. Вот почему полицейские менжевались, отказываясь принимать заявление о похищении сына главы. С ними уже провели работу. Скриплю зубами. Без доказательств ничего не предъявишь.

— Ещё не понять, чем закончатся поиски! — Говорю, а у самого обрывается сердце. Я обязан спасти своего ребёнка.

Звонит Кирилл. Слова друга внушают надежду:

— Нужные люди провели «переговоры» со Злобиным. Предупредили, если твоего сына не вернут живым и невредимым, этот подонок потеряет всё — бизнес, репутацию, возможно, даже свободу, — он говорит очень тихо. — Ускорься. Злобин сделает всё, чтоб замести следы. Никиту могут просто-напросто бросить или…

Перебиваю:

— Никакого «или». Я найду сына! — прекрасно понимаю — признаваться Злобин не станет.

Но и вывозить мальчика не рискнёт. Представляю, на кого пришлось выходить Кириллу ради этого разговора. Мои контакты тоже надавили на сволочь, но с другой стороны. Благодарю от души:

— Спасибо, брат! У нас тут появилась зацепка.

Бросаю карту посёлка с землями на стол.

— Посмотри, что ещё есть в округе? В лесу? — спрашиваю у Виктора, чувствуя, как тревога сжимает горло.

Он тычет пальцем не очень далеко от кромки леса.

— Вот здесь. Домик лесника. Лет пять как стоит заброшенным. Только охотники иногда заглядывают на заимку.

В лес идти, не по посёлку бегать. Решение принимаю мгновенно.

— Мы возвращаемся на стройку — мне нужно оружие.

Виктор косится, но против ничего не говорит. Повезло мне с ним. Не все продаются.

Бригадир вручает мне ружьё, а я прихватываю ракетницу — на всякий случай.