Книга Кровавый цветок, страница 37 – Bloody Moon

— Отец, добрый день. — Намеренно слабым голосом проговорила я. Оскар же у меня за спиной тихо хмыкнул. Похоже, он ожидал подобного и ему это по душе.

Вэргар резко развернулся и увидев меня, потушил сигару о край рамы. С минуту он оценивал масштаб трагедии, переваривая и представляя, что случилось, а что нет. Я отрицательно мотнула головой, убрав, тем самым сомнения.

— Где ты была? — холодно спросил он.

— Отец, я была слишком испугана, что бы возвращаться домой убежала в сад, там я долго бродила и, похоже, зашла в самую глушь, куда никто и ни ходит. Растения там настолько заросшие, что легко спрятаться. Так я и провела время до утра, а после решила вернуться. Но так как сразу не могла появиться перед вами в неподобающем виде, я вернулась в свою спальню, меня никто не видел. — Ответила я, смотря ему прямо в глаза и не опуская головы.

— Садись. — Он показал взглядом на резной стул напротив стола и сам сел напротив меня. — Все остальные. Стоять. И ты, Бриар. Итак, закон был нарушен. Приватное наказание неуместно. Суд публичный. Кодекс Стайлес гласит — за проступки ребенка отвечает его мать.

— Отец, я виновен и понесу наказание. — Наконец подал голос Ливэй.

— Не смей, и слово говорит! — рыкнул в ответ Вэргар. — По правилам степень наказания определяет пострадавшая сторона. — Он еще раз осмотрел урон, нанесённый Ливэйем. — Что ты скажешь, Алексис? — Впервые мне выдался шанс отыграться, но надо сделать все элегантно.

— Отец, прежде всего я бы хотела сообщить тебе о многочисленных убийствах и покалеченных слугах в доме Леди Бриар. Это наносит большой урон нашему бюджету. Я полагаю, отец и так это понимает. Мы не можем постоянно выплачивать компенсацию за смерть и лечение травм. Весьма накладно, учитывая затраты на покорения отцом новой территории. — Вэргар слушал меня, не отрывая взгляда, а затем коварно оскалился.

— Так что же мне делать?

— Я еще не закончила мысль. Далее, отцу навязывают мысли, не учитывая, его мнения,это ли не попытка властвовать над разумом великого герцога?

— Какие мысли?

— Например, вам навязали мысль о скорой женитьбе моего брата и меня. Это может считаться изменой Герцогу? — Бриар судорожно сглотнула.

— Моя девочка! А ты права. В течение недели я слышал одно, и тоже, каждый божий вечер. — Он сурово покосился на Бриар. Та чуть не рухнула в обморок. — Что же там.… За измену?… Ах, точно! Смерть! Давно я не казнил жен…. Ах нет. В прошлом месяце мы хоронили одну из моих жен и ее ребенка, но это лишь стечение обстоятельств. Слабые не нужны. — Ливэй дернул уголком губ, а Оскар полностью проигнорировал, тот факт, что его мать могут казнить, лишь демонстративно потянулся, показывая равнодушие. И кто из них маменькин сынок? Ответ очевиден. — Так что ты предлагаешь?

— Ну, для меня пока это слишком жестоко…. Тем более в такой прекрасный праздничный день.

— Праздничный? — Вэргар приподнял бровь.

— Да, сегодня день брата. Вчера я отправила слугу в город приобрести подарки моим любимым братьям, но никак не ожидала, что случиться, что — то подобное. — Мой взгляд упал на Ливэйя, его лицо выглядело не то что удивленным, а даже ошарашенным. Любимый брат. Посмотрим. Щелкнув пальцами, я подозвала слугу державшего коробки. — Это скромные безделушки, но все же, я хочу подарить их. Ливэй, сейчас я не готова полностью простить тебя, но надеюсь, это станет знаком нашего примирение. — Взяв две коробки, протянула одну Ливэйю, а вторую светившемуся от радости Оскару. — Ох, я так же приготовила подарок вам отец. — Лакей поднес красивую коробку из красного дерева Герцогу. Он тут же открыл ее, и я впервые за всю жизнь увидела его настоящее лицо, не скрытое счастья отца. Попала в самое сердце дьявола.