Книга Измена. Вернуть любовь, страница 106 – Евгения Ник

Анаит наконец-то нашла отличную квартиру и переехала от Сашки, и теперь мы видимся намного чаще. С Глебом они спелись на раз два, чему я безумно рада! А ещё, как бы удивительно это ни звучало,но сплетница — Наташка Рузич, теперь моя подруга. Несмотря на её болтливость и порой, ладно, скажем как есть, часто дурной характер, девчонка она добрая и может быть верным другом.

Из неожиданного за этот месяц, пожалуй, случилось то, что не так давно Глеб приехал ко мне домой в компании Миши и Дамира, оба были изрядно потрёпанные, с разбитыми лицами и грустные. Парни в руках держали цветы с конфетами и потухшим голосом, просили у меня прощение. Ведь пять лет назад, когда мой муж избил меня и сломал рёбра, Миша знал об этом, но никак не оказал помощь. А Дамир извинился за то, что в один из дней увёз меня к Шмелёву, не предупредив Глеба и за свою жёсткость, холодность в последнюю нашу встречу, перед тем, как приехали люди в погонах. Мне было неуютно и неловко, прошло столько лет, и боль тех событий я частично уже отпустила. Ещё мне стало жалко их, таких понурых и избитых, я же не глупая и догадывалась, чьих это рук дело. С осуждением косилась на Глеба, который делал вид, что не замечает моего взгляда и убирал за спину руки с разбитыми костяшками…

Конечно же, я не держала на них зла и простила, тем более, как оказалось, Кренц сам лично пришёл к Глебу и рассказал о той ситуации. Сказал, что много раз вспоминал это и винил себя за абсолютно не мужской поступок.

А потом мы вместе пошли пить чай.

— Кстати, надо вас с Ларисой получше познакомить, — Глеб высказал мысли вслух. — Мне кажется, вы подружитесь. Крен, как ты считаешь?

— По-моему, ещё при первой встрече в детском магазине, Мурашка уже чуть ли не набивалась Яне в подруги, — пробасил Миша, закидывая в рот печенье.

— Твоя жена очень милая, — киваю и немного ловлю на своих щеках румянец. — И дети у вас прекрасные.

— Да уж, знала бы ты, сколько она моей кровушки попила в своё время.

— Мне очень интересно. Расскажешь? — улыбаюсь и подпираю подбородок руками.

— О нет, это может растянуться надолго. Лучше оставить эту историю на другой случай, — смеётся Глеб.

* * *

Моя задержка длилась уже больше месяца. И я со счёта сбилась, сколько тестов на беременность перевела. А буквально позавчера Глеб заметил в мусорном ведре заветную палочку и спросил:

— Ян, это что?

Боже, серьёзно? Глупее вопроса и придумать нельзя.

— Глеб, это тест на беременность.

— У тебя задержка? — выпучиваетв удивлении глаза, и его величественные брови ползут вверх, собирая волны морщинок на лбу.

— Да, уже очень давно, но я не беременна, как видишь. Надо идти к врачу, разбираться в чём причина, возможно пройти курс лечения, но я всё никак не могу дойти. Ну, что ты так смотришь? Работы море, сам знаешь.

— Можно я тебя мысленно придушу? Ты сейчас серьёзно больше печёшься о работе, нежели о себе? Женщина моя, ау-у-у? Придите в себя! — тянет он и щёлкает перед моим лицом пальцами.

— Я запишусь. Обещаю, — соглашаюсь, понимая, что спорить с ним бесперспективное дело. Тем более, что он прав.

— Сейчас запишись.

Сегодня сразу после пробуждения Глеб сообщил, что хочет поехать со мной. Вот, его машина тормозит на парковке медицинского центра, и мы вместе идём на приём к гинекологу. Точнее, это я иду, а Миронов моя группа поддержки. И я солгу, если скажу, что в душе не радуюсь этому.