Книга Отец подруги. Запретная связь, страница 9 – Ульяна Краш

— Я давно заметила, что ты на Залима засматриваешься, но чтобы бессовестно себя предлагать…У меня нет слов! От тебя я такого не ожидала.

Я в ступоре молчу, мысли шевелятся так медленно. Я никак не могу понять, почему она орёт на меня. Это ведь он, Залим, пытался меня совратить.

— Ты уже дома? — вырывается у меня.

— Конечно, дома. Ты же, наверно, специально и полезла к нему перед моим приходом, чтобы я вас увидела.

— Мам, я не понимаю, что ты говоришь, — голос дрожит, ничего не могу с собой поделать. Обидно, ужасно обидно, что она, даже не поговорив со мной, просто поверила этому лживому куску дерьма.

— Не прикидывайся. Мне Залим всё рассказал.

— А может, ты сначала меня выслушаешь, мам.

— А что слушать? Ты сейчас мне скажешь, что это он к тебе приставал. Ведь так?

— Но ведь это правда.

— А я вот теперь и не знаю этого.

Отключаю телефон и отдаю Марине.

— Лиз, это правда? — шепчет она тихонько и обнимает за плечи. — Отчим к тебе приставал?

А мне так больно внутри от маминого предательства, что я уже не могу сдержать слёз. Будто Марина меня своим прикосновением разморозила. И вся боль, и непонимание этого мира сейчас выплёскивались через слёзы.

— Да…сегодня впервые…но я теперь боюсь возвращаться.

— Лиз, я даже не знала, что у тебя всё так плохо. А родственников нет?

Качаю головой.

Нет у меня никого. Бабушка умерла. Папа в другой город уехал, и мы с ним не общались. Мамина сестра жила в Германии.

— Я…я квартиру сниму. Надо поискать…Вещи только как-то забрать надо. Там у меня и ноут со всей учёбой. Купила на свои, у мамы не просила. А осенью, может, общагу дадут. Два месяца надо как-то протянуть.

Я скорее это не девочкам говорю, а себе самой, чтобы хоть немного успокоить себя.

— А сейчас куда пойдёшь? — спрашивает Наташа.

Пожимаю плечами. У меня в рюкзаке тысячи две где-то, остальные я дома храню, в книгу складываю. А аванс через неделю только.

— Пойдём ко мне, — неожиданно предлагает Марина. — Я с папой поговорю. Я не думаю, что он против будет. Поживёшь у нас, пока квартиру не найдёшь. А? Как тебе идея?

Снова пожимаю плечами. Я действительно не знаю. И на улице оставаться не хочется, и напрашиваться к Марине не хочу.

— Неудобно, — бормочу себе под нос.

— Неудобно спать на потолке. Всё хорошо будет. Вот увидишь. Я сейчас такси вызову к нам поедем. А то ты босиком далеко не уйдёшь. А я ещё потом у папы спрошу, как правильно заявление на домогательство составить. У папы свой юрист есть. Он в этих делах разбирается.

— Марина, не надо. Не хочу шумихи. Меня мать потом с потрохами сожрёт. Я просто съеду от них, и всё.

— Ну, смотри, сама. Но я бы на твоём месте это дело не оставила бы безнаказанным. Тюрьма по твоему отчиму плачет, самая настоящая.

Согласна с каждым словом Марины, но мне сейчас не до этого. Да и страшно безумно.

Через пятнадцать минут подъезжает такси, и мы едем к Марине. Машина выруливает в уже знакомый элитный район. И к моему шоку останавливается перед знакомым домом.

Я здесь была всего неделю назад. Или, может, это просто дом близнец? Бывает такое, что одна строительная компания строит похожие дома по району.

— Проходи, не стесняйся, — зовёт меня Марина. — Сейчас с папой своим познакомлю. Он у меня замечательный.

Мы проходим по каменной дорожке, по двору, огибаем дом. Немного отстаю, засмотревшись на распустившиеся пионы, высаженные вдоль забора.