Книга Блок-шот. Дерзкий форвард, страница 86 – Екатерина Беспалова

Она понимала его, принимала и самое главное, как сказала Аня, — чувствовала. Каким образом? Непонятно. Наверное, так же, как он чувствовал,когда ей нужно было просто помолчать, а когда — нарушить личное пространство, одаривая теплотой, нежностью и любовью насколько это позволяло больное ребро.

Райскую идиллию разбил в четверг вечером звонок Тима. Василиса уже уехала, а поздняя тренировка команды позволила Ане остаться дома.

— Засыпайся порошками, таблетками, микстурами — короче, делай, что хочешь, но завтра ты должен быть в зале, — без каких либо слов приветствий сразу перешёл к сути парень. — Самарин рвёт и мечет. Я держу оборону, но скоро она не выдержит.

— Я понял, — улыбнулся Рустам. — Завтра как раз собирался выходить на учёбу.

Брови Ани медленно поползли вверх — какая учёба?

— Уверен, Богомол уже по мне соскучился.

— Коллоквиум по средним векам, — хохотнул Матвеев в трубку. — Приплюсуй к своему списку на зимнюю сессию всё то, что будет обсуждаться завтра на паре.

— Похоже, для нас одних придётся отводить целый день, чтобы он успел спросить всё, что мы ему задолжали.

— Останься дома, бро, — вдруг серьёзно проговорил Тимофей.

— Своих не бросаем. К тому же, мне дико не хватает его жабьих глаз и скрипучего голоса.

В трубке послышался громкий смех.

— Расскажу Гущиной, что у неё появился соперник. Пускай тренируется делать глаза на выкат, иначе есть шанс лишиться «наглого и ленивого спортсменишки». — Отсмеявшись после вполне удачной имитации историка, Тим уже серьёзнее добавил: — Если моя зазноба там, передавай привет. Наберу ей позже. А ты подумай о том, что я сказал: на фига тебе лишний «хвост»! Всё, отбой.

— Пока, — улыбнулся Рустам, заблокировав экрана.

— Что там?

Между бровей появилась морщинка. Он задумчиво смотрел на мобильный в руке, а затем перевёл взгляд на сестру:

— Завтра мы едем на учёбу вместе.

— Но ты же…

— Нормально себя чувствую, — перебил её парень. — Ты перевяжешь меня утром, и всё будет хорошо. Укол поможет избавиться от боли. Я постараюсь с лестниц не падать и по периллам не кататься.

— А тренировка? — не уступала девушка. — Как ты собрался играть?

— Молча, используя свои навыки, руки-ноги и высокий баскетбольный IQ.

— Рустам…

— Я в порядке.

— Рус…

— Всё, закрыли тему! — сорвался вдруг он.

— Никто не собирается забирать твои проблемы и решать их.

Мгновение — и секундный порыв ушёл.

— Прости.

Тишина.

— Ты переживаешь, знаю. Если мне будет плохо, я не стану играть.

На бледном лице Ани появилась улыбка: не потому, что обещал не играть, а потому, что объяснил. Не отшутился, не промолчал, не обрубил на полуслове, как хотел, а объяснил. Пускай говорил неправду, но, по крайней мере, не держал теперь всё в себе.

— Тим наберёт тебе позже. Скорее всего, у него аудиенция у тренера. А я, пожалуй, пойду к себе.

— На аудиенцию с Васей?

— С мягкой подушкой и тёплой одеялкой, — пошутил Рустам, вставая из-за стола. — Василиса в театре: с матерью и отчимом. Думаю, что после высокого искусства горе-форвард — это последний человек, с которым захочется общаться, чтобы не испортить приятное послевкусие, оставшееся от русской классики. Хотя… — Он игриво подмигнул сестре: — Если исполнить арию Ленского, она наверняка оценит.

— Это опера, а не театр, — рассмеялась негромко Аня. — Но будет точно эффектно, учитывая, что на ухо тебе наступил медведь.