Книга Последний крестовый поход, страница 72 – Екатерина Беспалова

— Так любит, — рассмеялся Мареш, — что даже готов убить! Тебя, прекрасную и чистую, как первая роса по утру, ради спасения этих жалких и ничтожных людишек, которые снова и снова увязают в своих грехах, не задумываясь о расплате, которая ждёт их впереди, и уж тем более о том, кто страдает и мучается за их деяния!

Подойдя ближе к ней, он нежно повернул её голову к свету. Окинув взглядом рану, оставленную Матвеем, он с сарказмом произнёс:

— Истинное проявление чистой любви!

Мира не сводила глаз с Георга.

— Но ты ещё не знаешь самого главного, чем наделил тебя избранный!

С этими словами его руки опустились к замку на её футболке. Он медленно расстегнул молнию и, поднеся зеркало так, чтобы Соколовская могла видеть своё отражение, продолжил:

— Метка принадлежности. Такое же истинное проявление любви… Порочной! — сверкнул глазами Мареш.

— Будь Матвей служителем церкви, как и его предок, я бы никогда тебя не нашёл, и моя сила была бы вновь неполной! Мне пришлось ждать многие столетия, чтобы род Дибазанини забыл о своём предназначении. Ради этого я даже позволил им считать себя побеждённым. И вот оно свершилось! Авдеев не священник, он всего лишь человек…. Слабый, двуличный и…

Георг замолчал.

— Порочный! — снова повторился он. —Если бы не тот поцелуй и та пикантная сцена с объяснением в любви, эта метка никогда бы не появилась у тебя. Но… Современные молодые люди такие ветреные: дал повод думать, что этап дружбы пройден, хотя никакой дружбы не было и в помине, и вот вам, пожалуйста, — любовь! А что такое любовь? Вы хоть когда-нибудь задумывались, есть ли она вообще эта любовь?

Мареш улыбнулся.

— В утешение тебе, хоть это уже и неважно, скажу, что стрела Купидона, поразившая избранного, отравила его именно искренней любовью, так что здесь он тебе не соврал. Матвей правда любит тебя, чему доказательство — эта метка, и это огромный плюс, он здорово мне помог, когда я стал искать тебя…

Мира не могла поверить тому, что видела в отражении.

— Но, — продолжал вампир, — стоит отдать ему должное: Авдеев, как монах, хранил свои чувства глубоко внутри, чтобы никто не мог понять, узнать, даже догадаться, как сильно он способен любить! Любить тебя, Мирослава…. Он любил, но давил в себе это чувство, как будто знал, к чему это может привести. Но искушение было слишком сильным! Такие уж вы, люди…

— Что это? — наконец, спросила Мира.

— Хорошо! — сказал Мареш, явно недовольный тем, что его эпичный монолог был прерван. — Скажу проще: ты — первая девушка, которую полюбил избранный! Так понятнее? В Священном Писании сказано: «…первая, кому отдаст он своё сердце и душу, будет ключом к его смерти».

Соколовская всё ещё стояла, не сводя глаз с креста на левой ключице. Так вот почему она нужна была Георгу! Теперь вся картина чётко предстала у неё перед глазами.

— Всё очень просто: умрёшь ты, умрёт избранный!

Едва Мареш закончил свою фразу, как перед глазами у Миры всё поплыло. Она почувствовала, как пол уходит из-под её ног, и через мгновение она лежала в гостиной без сознания.

— Значит, ты хочешь уехать отсюда? — спросил Денис у Матвея. — Не думал я, что ты на это способен!

Авдеев молчал.

— Получается, что мы напрасно ездили в город за всем этим барахлом? Ты слишком быстро решил сдаться, Матюх! Хорошо, я не буду сейчас говорить о том времени, которое мы потратили впустую на разъезды в город, а перейду к главному: как быть с девушкой? Ты же не позволишь этим кровососам прибрать её к своим рукам? Или я ошибаюсь?