Книга Развод и девичья фамилия, страница 47 – Соня Вишнякова

— Готова, — киваю и поворачиваюсь, чтобы идти в зал.

— Подожди, нас позовут, — он берёт меня за руку, сжимает предплечье, тянет обратно, невольно делаю шаг и упираюсь плечом в его грудь, он обхватывает меня за плечи.

— Лёш, не надо, сразу выбираюсь, и дверь в зал открывается.

Выглянула секретарь. Я оттолкнула руку Лёшки.

— Шуваловы, — девушка посмотрела на меня так, будто я только что стояла тут и обнималась с адвокатом.

Да что ж такое?

Какие-то нелепые, дурные случайности одна за другой.

Вошли в зал, поздоровались с судьёй, сели.

— А супруг чего опаздывает? — строго глянула судья поверх очков.

— Придёт никуда денется, — ответил за меня Лёша, пока я пожимаю плечом.

В этот момент дверь открылась, входит… о, блин, я знаю кто это.

— Добрый всем денёк, — обаятельно улыбнулся пожилой мужчина.

Зорин Андрей Викторович.

Если не ошибаюсь — давний друг отца Прохора.

Вот чёрт.

Я слышала о нём от Прохора и его матери много разных историй. Про то, как он разгромно выигрывает все суды. А сейчас он вроде бы отошёл от дел и только иногда в крайних и особых случаях… что-то затрепыхалось моё сердце от волнения и неприятных предчувствий…

— Всех приветствую. Ваша честь, — Зорин почти поклонился. Судья улыбнулась, явно к нему благоволит. Неизвестно, как это скажется на нашем деле, но мне уже это не нравится, — Аделина, Алексей, Екатерина, — старик всем улыбнулся и кивнул.

Его присутствие сразу смешало мою уверенность в себе. Алексей тоже заерзал, отвернулся, сел прямо и тупо уставился на судью.

— Ну что же, приступим, — судья ещё раз довольно улыбнулась и прежде строгое лицо стало более приятным и я вдруг увидела в ней обычную женщину, даже привлекательную.

Я снова обернулась на Зорина, тот сел на стул, положил папки рядом с собой и начал удовлетворённо потирать дряблые ладони.

— Плохой знак, — едва слышно проговорил Лёша.

— Так, — судья пробежалась взглядом по бумаге, которая лежит перед ней, — ну хорошо, адвокат истца, что ещё вы можете предъявить суду. Есть у вас ещё какие-то доказательства неверности ответчика.

— Нет, ваша честь. На прошлом заседании мы подали всё, — Лёша сказал это как-то сухо, я поняла, что все козыри, которые были у нас в рукаве уже выложены.

— Представитель ответчика, вы имеете что-то сказать? — она посмотрела на Зорина и едва заметно улыбнулась.

— Обязательно имею, ваша честь, и скажу, а пока ознакомьтесь с этим, — тот взял папку, достал оттуда несколько листов, встал и подал судье.

Несколько минут в тревожной тишине, судья водила взглядом по поданным документам.

— Пожалуйста, поясните суду и истцам что это за документы? — глянула она на старого адвоката.

— Конечно, — он снова встал, — Я имею сказать следующее, что все материалы, притянутые сюда истцом, не имеют под собой ни малейших доказательств. Другими словами, это выдумки, которые истица позволила придумать своему, так называемому адвокату. Он же не может таковым являться, потому как состоит с истицей в тесной связи, на что есть доказательства на записи камер из кабинета этого самого адвоката, — он достал из пакетика флешку и подал судье, — тут явное нарушение адвокатской этики. Причём в святая святых, в нашем с вами храме правосудия, — он поднял руки к небу усилия тем самым эффект от произносимых слов.

Судья взяла флешку и подала секретарю.