Книга Наследник для Миллиардера. Ты (не) сбежишь, страница 112 – Алиса Громова

— Ты права, — он коснулся моей щеки тыльной стороной ладони. — Прости меня. Я снова подвел тебя.

— Ты никогда меня не подводил, — твердо сказала я. — И сейчас не подведешь.

Вдруг рация на столе ожила.

Сквозь треск пробился искаженный голос:

«База, это Дельта. Объект зачищен? Мы входим в сектор.»

Дамиан напрягся. Он схватил рацию, но не ответил.

Мы услышали звук.

Тяжелые шаги в коридоре. Скрип армейских ботинок. Лязг затвора.

Они были здесь. В десяти метрах.

Дамиан посмотрел на дверь. Потом на меня.

В его взгляде была такая отчаянная любовь, что у меня перехватило дыхание.

— В окно, — одними губами произнес он.

— Я не оставлю тебя, — так же беззвучно ответила я.

— Вместе, — онкивнул.

Он подвел меня к узкому окну под потолком. Подставил здоровую руку, сцепив пальцы в замок.

— Давай.

Я встала ему на руки. Он крякнул от натуги, поднимая меня. Я распахнула раму.

Выбралась наружу, в густые заросли.

Обернулась и протянула руки вниз.

— Давай руку!

Дамиан подпрыгнул, хватаясь за подоконник. Его лицо побелело от боли — он подтягивался на раненой мышце.

Я вцепилась в его рубашку, в его ремень, тащила его изо всех сил, царапая руки о бетон.

— Ну же! Дамиан, пожалуйста!

Он перевалился через подоконник и упал рядом со мной в жесткую траву, тяжело дыша.

В этот момент дверь кабинета разлетелась в щепки от автоматной очереди.

Пули прошили воздух там, где мы стояли секунду назад.

Дамиан перекатился, накрывая меня своим телом. Он прижал меня к земле, закрывая от мира своей широкой спиной.

— Тихо, — шепнул он мне в самое ухо. Его губы коснулись моей шеи. — Я держу тебя.

Мы лежали в зарослях бамбука, сплетенные в единое целое. Я чувствовала, как его сердце колотится о мои ребра.

Враги были в метре от нас, за тонкой стеной модуля.

Но мне не было страшно.

Потому что я знала: этот мужчина умрет, но не даст меня в обиду.

И я сделаю то же самое для него.

Он чуть приподнял голову, глядя мне в глаза.

— Нам нужно в джунгли, — шепнул он. — Там мы — охотники. А здесь — мишени.

Я кивнула.

Мы поползли прочь от базы, держась за руки.

Мы потеряли дом. Мы потеряли охрану.

Но мы нашли друг друга по-настоящему.

Джунгли приняли нас не как убежище, а как душный, зеленый мешок.

Мы бежали, ломая жесткие стебли бамбука, которые хлестали по лицу и рукам, оставляя жгучие порезы. Ноги скользили по влажному мху, корни деревьев, выпирающие из земли, норовили сбить с шага.

Я не слышала выстрелов за спиной. Только наше хриплое, рваное дыхание и стук крови в висках, заглушающий даже крики тропических птиц.

Дамиан шел первым. Он прорубал путь своим телом, не обращая внимания на ветки. Его рубашка на спине потемнела от пота и… пятна крови, которое медленно расползалось, пропитывая лен. Рана открылась. Я знала это, но молчала. Сейчас нельзя было останавливаться. Остановиться значило умереть.

Мы спустились в овраг, на дне которого тек мутный ручей. Здесь пахло гнилью и сырой глиной.

Дамиан споткнулся. Он упал на одно колено, упираясь прикладом автомата в землю, чтобы не рухнуть лицом в грязь.

— Дамиан! — я подхватила его под локоть.

— Тихо, — выдохнул он сквозь зубы.

Он замер, прислушиваясь. Я тоже затаила дыхание.

Где-то далеко, со стороны базы, донесся гул. Не человеческие голоса. Механический звук.

Дрон.

Они запустили «птичку».

— У нас есть пять минут, пока они не включат тепловизоры, — Дамиан поднял голову. Его лицо было серым, покрытым испариной, но глаза горели ясным, холодным огнем. — Нужно укрыться под кронами. Там, где листва плотнее.