Книга После развода. Ты всё равно моя, страница 43 – Алиса Климова

– Ничего, – ответил я после недолгой тишины. – Между нами – ничего, отец. Но… ты прав, всё изменилось, – сказал я, а про себя подумал, что, может, именно тогда всё как раз и встало на свои места. Пусть и через боль, страх и слёзы.

Динара

Земля забилась под ногти, подоконник тоже был в земле. В отчаянии я отбросила вилку и стала рыть пальцами.

– Ну где вы? – чуть не плача, прошептала я.

Я точно помнила, что они должны быть в крайнем горшке. Наши с Булатом обручальные кольца. Куда они могли подеваться?!

Я принялась рыться в следующем горшке, но и там ничего не было. В коридоре хлопнула дверь.

– Дин! – позвала Анька. – Динка, ты дома? – Она вошла в комнату и остановилась, глядя на меня, как на рехнувшуюся дуру.

– Ты что делаешь? Зачем ты…

Я махнула на фиалки.

– Ты их переставляла?

Акт вандализма, казалось, поразил подругу до глубины души, но мне было всё равно, я готова была купить ей десяток самых разных фиалок, лишь бы нашлись кольца. Вдруг это стало очень важно, важнее всех моих вещей и ещё много чего.

Хмурясь, Аня подошла ближе к окну.

– Где та, что была здесь? Самая крайняя? Она вот тут стояла! – Я ткнула в угол подоконника.

– Да не помню я. Она какая?

– Откуда я знаю, какая?! Она мне нужна, Аня! Это очень важно.

Я снова схватила вилку. Попыталась вспомнить, какой был на ощупь горшок, но горшки у Ани были одинаковые, только разных цветов.

– Да что случилось?! Ты что, клад закопала в горшке?!

– Не клад, хуже. Обручальные кольца.

Подруга хлопнула ресницами. Для полноты картины ей нужно было заставить меня дыхнуть и потрогать лоб, чтобы убедиться: я не пьяная и не брежу.

Я посмотрела с мольбой.

– Аня, где она?! Если ты не скажешь…

– Так… – Она отобрала у меня вилку. – Угробишь мне цветы – будешь месяц одна убираться и посуду мыть. И вообще, зачем тебе обручальные кольца?! В ломбард отнести решила, что ли? Почему сразу не отнесла? – Она посмотрела на горшки и опять на меня.

– Не в ломбард.

– А куда?

Я подняла руку и показала на безымянный палец.

– Вот сюда.

– Ничего не понимаю, – проворчала она себе под нос. Присмотрелась к фиалке в зелёном горшке, потом – в тёмно-синем. – Может, вот эта. Или… подожди, наверное, вот, – подвинула было ко мне красивую фиалку с розовыми цветками.

Я было потянулась к вилке, но Аня резко убрала её.

– Не прикасайся, садистка! Я сама. И надеюсь, это не то, что я подумала?

Она аккуратно стала разгребать верхний слой земли.

– Смотря что ты подумала.

– А что я могла подумать?! Что ты сошла с ума и решила вернуться к бывшему мужу!

– Я сошла с ума и решила вернуться к бывшему мужу, – подтвердила я.

Аня резко повернула ко мне голову.

– Ты копай, копай.

Я пыталась по земле понять, где зарыла кольца, но она вся была одинаково рыхлой.

Аня застонала и ковырнула глубже.

– Стой! – воскликнула я и влезла в горшок руками. Поддела кольцо и вытащила из земли, за ним второе. – Вот они, Ань! Ань… – На глазах неожиданно навернулись слёзы.

Я надела грязное обручальное кольцо и, посмотрев на руку, разрыдалась. Сердце стало впятеро больше, кровь – горячее. Бриллианты, которые я столько раз трогала на ощупь, блестящий даже сквозь грязь металл. Как моя любовь к Булату, сумевшая пробиться через темноту, через ненависть, обиду, страх и прошлое.

– Ты чего, Динка? – Аня взяла меня за локти.