Книга Дочь предателя, страница 8 – Диана Фад

На следующий день после похорон папы, нас с мамой посетил нотариус, чтобы ознакомить с завещанием. Мне было непривычно сидеть в папином кабинете и видеть в его кресле чужого человека, это казалось чуть ли не кощунством к памяти отца.

— Ну что, Мария Леонидовна и Маргарита Владимировна. Сочувствую вам в вашей утрате, но такова жизнь, — развел руками нотариус, раскладывая на столе документы из папки, — Могу сказать, что ваш муж, Мария Леонидовна был замечательным человеком и хорошим бизнесменом, нда.

Все немного помолчали, вспоминая папу, а я откинулась на спинку кожаного дивана, прикрыв глаза. Нотариус начал перечислять счета, недвижимость заграницей, квартира в Москве, ту, что подарили мне, осталось только переоформить, но папа не успел. Я там и была то один раз, в день, когда мне исполнилось восемнадцать. Зачем мне жилье, но папа сказал нужно и отвез меня туда, чтобы я увидела подарок, и положил в руку ключи.

Квартира была большая в высотке с панорамными окнами на Москву — реку, двухуровневая, пять комнат. Зачем мне столько одной, я не знала, но папа сказал что-то про вложение денег, и я перестала слушать. Никогда не вдавалась в тему бизнеса, где все эти биржи, акции и где моя скрипка.

— Так вот, теперь вы, Маргарита Владимировна, по поводу счета, который ваш отец открыл при вашем рождении. Им сможете пользоваться, когда вам исполниться двадцать один год. По завещанию вы получаете: виллу в Греции на острове Пелопоннес, небольшой домик в Испании в районе городка Тосса-де-Мар, к тому же вам обеим принадлежат апартаменты в Лос-Анджелесе. Владимир Борисович приобрел их, чтобы не останавливаться в отеле, когда ездил туда в деловые поездки. И это все, — нотариус сложил документы и снял очки.

— Как все? — удивилась мама, — Володя был одним из учредителей огромного холдинга, а фирмы, счета?

— Все это заморожено до того времени, пока идут разбирательства по холдингу, — ответил нотариус.

— Какие разбирательства?

— Все акционеры, кроме одного, потребовали срочный возврат своих активов, а это я вам скажу огромные суммы, учитывая проценты.

— Кроме одного? Кто это? — заинтересовалась вдруг я.

— Это не секрет, его имя Рязанцев Артем Николаевич, — кивнул нотариус, и я со вздохом прикрыла глаза рукой.

— Сволочь,— выдохнула мама, — Неужели ничего нельзя сделать, чтобы этому паразиту ничего не досталось?

— Я в таких делах не компетентен, — начал складывать бумаги в коричневый кожаный портфель нотариус, — В наследство вы сможете вступить, как все акционеры получат свои деньги обратно. Если суммы холдинга не хватит, когда фирму продадут, тогда у вас изымут квартиры и возможно, я повторяю, возможно, обнулят счета.

— А этот дом? — с испугом спросила мама, — Он достался мне от моих родителей, дом не имеет отношения к наследству!

— Как супруга ныне покойного одного из глав холдинга, ваше имущество тоже может пойти в счет погашения долгов, — нотариус встал из-за стола и подошел к нам. Наклонился и поцеловал ручки обеим:

— Еще раз повторю, очень сочувствую вашему горю, такие замечательные женщины, — вздохнул он и поклонился, вышел из кабинета.

Мы какое-то время сидели с мамой в напряженном молчании, обдумывая ситуацию, пока она не повернулась ко мне, мягко тронув за руку: