Книга Дочь предателя, страница 88 – Диана Фад

При этих словах, что-то больно дергает внутри, но я стараюсь ничем не выдать эту боль, тем более показать, что мне неприятно. Не дождется, подонок.

— Да, я спал с Ритой, не скажу, что это было настолько восхитительно, чтобы забыть тебя, Наталья, даже порой ничего не получалось. Для меня эта близость ничего не значила, — продолжал Сергей, — Я хотел, чтобы ты ревновала, когда это узнаешь.

— Ты,больной человек, Сергей, — качает головой мама, — Я никогда не давала тебе повода, никогда не поощряла твои ухаживания. С чего ты вообще решил, что я должна полюбить и выбрать тебя?

— Я умнее их всех, лучше любого из них. Твой Коля, начал изменять тебе лет через десять после свадьбы, когда появились деньги, много денег. Частые гулянки, баня, девочки по вызову, все эти годы, твой муж тебе изменял.

— Заткнись, — сжимаю кулаки, еще немного, и я превращу в фарш эту наглую морду и пусть попробуют меня остановить.

— Почему? Ты такой же, как и я, — смеется Сергей, — Ты мне здорово помог со своей местью, после того, как твой отец покончил с жизнью. Слабый, ничтожный, узнал о болезни и банкротстве, наплевал на жену и ребенка.

При этих словах я срываюсь, отбросив стул и впечатываю кулак прямо в смеющееся лицо Агафонова. Наношу удар за ударом, пока следователь зовет охрану и меня не оттаскивают от безумно хохочущего чудовища. Руки саднят, костяшки истекают кровью, но я нахожу моральное удовольствие, видя окровавленный рот этого ублюдка. Как стекает кровь по его подбородку, как он сплевывает ее из разбитого рта.

— Не нравится? — сглатывает Агафонов, — А дальше еще интереснее. Ты никогда не думал, Артем, почему здоровый мужик, так удачно помер на следующий день после вашей свадьбы. Неужели, ты поверил, что Смирнов, ходячий кусок здорового мяса, мышц, который проводил в спортивном зале по несколько часов в день, вдруг внезапно и так удачно отбросил ноги?

— Что ты сделал? — я уже начинаю догадываться, но пусть скажет. Пусть признается.

— Помнишь тот тост, что мы распили со Смирновым, когда провожали вас с Ритой из ресторана? Я предложил выпить за нашу с ним дружбу, на брудершафт?

— Кажется, припоминаю, — нехотя, ответил я, вспоминая смутно этот момент.

Мы с Ритой тогда уходили из ресторана, нас уже ждала машина, а Агафонов с тестем чокнулись бокалами с виски.

— Счастья молодым! — немного пьяный Смирнов улыбался дочери, посылая ей прощальный поцелуй.

— За дружбу, — сказал Сергей и они выпили, скрестив руки.

— Что было у Смирнова в бокале? — моя догадка была страшной, неужели...

— Сообразительный мальчик, там было сильное сердечное средство, которое медленно, но верно остановило бы жизнь твоего тестя. Его смерть была обычным делом, подумаешь,сердечный приступ, у кого не бывает. Внезапно, да, такой молодой, всего-то сорок с копейками. Стоили мне эти капли кучу денег, но дело выгорело, никто не нашел в смерти Володи ничего подозрительного. Тем более, я знал твои планы, знал, что ты не выдержишь и признаешься, кто ты есть на самом деле. Это же так трагично, наказать своего врага, а тот взял, да и умер. Ах, какое горе, семья ненавидит, мститель торжествует, театр и зрители рыдают от восторга. Занавес!

— Ты убил его, — мои кулаки снова сжались, несмотря на боль в лопнувшей коже рук. Я еле сдерживал себя. Если об этом узнает Рита... Только не сейчас, я сам скажу ей позже, когда станет лучше, — Зачем, ты в этом признаешься? Зачем, сейчас?