Книга Не говори, что любишь – 1, страница 46 – Диана Фад

— Ты спишь с ним? — прямо спросил отец, отчего я вздрогнула.

— Нет, —тихо ответила я и тут же подпрыгнула от удара ладони по столу.

— Спишь, дрянь такая! — рявкнул отец. — Вся в мать! Только и ждете, для кого ноги раздвинуть!

— Я не сплю с ним, — твердо сказала я.

— Врешь! — сказал отец, вставая из-за стола и становясь напротив меня, опираясь на стол и складывая руки на груди. — Можем проверить, попрошу мать сводить тебя на осмотр.

— Папа, мне не шестнадцать лет. Через две недели будет двадцать один, тебе не кажется, что этот разговор, как минимум неуместен? — возразила я, чувствуя, как дрожат руки.

— Хорошо, — сказал отец и меня насторожил этот тон, слишком спокойный, слишком уравновешенный. — Я просил тебя помириться с Артуром, ты это сделала?

— Нет.

— Почему?

— Я не хочу с ним мириться, — упрямо ответила я.

— Отлично, — заулыбался отец, и мне стало как-то нехорошо. — Что ты знаешь о том парне, с которым спишь, кроме того, что он спортсмен?

— Я знаю достаточно, — глухо ответила я, вставая.

— Сядь! — рявкнул он и я снова села, ожидая, что последует дальше. — И что ты хочешь делать?

— Я хочу переехать в свою квартиру и жить, как мне хочется.

— Вот как значит, самостоятельная стала, ну-ну, — протянул отец и продолжил. — Так вот, парень твой идет на чемпионат Европы, и только я решаю, поедет он туда или нет, тебе понятно? А это уже зависит от тебя, или ты оставляешь все отношения с ним и возвращаешься к Артуру, если он тебя примет использованной, или твой спортсмен вылетает из университета и бокса, отправляется прямиком в армию.

— Ты не сделаешь этого! — вскочила я, сжимая маленькие кулачки. — Папа, ты же не чудовище! Ты лишаешь меня любимого человека!

— Кого? Любимого? Не путай детка любимого с тем, кто тебя имеет, — грубо ответил отец. — Я жду твое решение. И кстати, у него больная мать, если он не поедет на чемпионат и не заработает денег, то она умрет без операции.

— Ты чудовище! — меня всю трясет, я чувствую, как кружится голова, и почти падаю. Делаю шаг и упираюсь рукой в спинку стула, чувствуя, как перед глазами вращается комната.

— Неважно кто я. Мое слово ты слышала. Париж ваш с матерью отменятся, иди и подумай над моими словами. В течение недели жду от тебя ответа.

— Недели? — шепчу ему. — Я отвечу.

— Хорошо, жду. Запомни, неделя. Если через неделю я получу твой отказ,парень тут же отправится наматывать портянки. И кстати, чтобы не быть таким уж чудовищем, разрешаю тебе попрощаться со своим спортсменом. Только без залетов, пожалуйста, мне не нужен внук от какого-то боксера. Все, иди.

Попов просто озверел после встречи со спонсорами, гоняет нас сегодня с Ринатом так, что даже я выдыхаюсь на третьем часу. Падаю на мат, не чувствуя ни ног, ни рук.

— Смирнов, у нас, что как в детском саду? Послеобеденный сон, что ли? — рычит тренер. — Полчаса отдышаться и на пробежку.

Попов уходит в центр зала, а рядом валится Ринат.

— Знаешь, я не думаю, что с боксом связано мое будущее, — глубокомысленно изрекает он, а я тихо ржу, уткнувшись носом в мат. — Сколько вообще времени по закону должна длиться тренировка чемпионов?

— Не думаю, что есть такой закон, — тихо посмеиваюсь и перекатываюсь набок, подпирая голову рукой. — Ты хочешь что-то предъявить Попову?

— Ну а что он? Три часа прыгаем, кувыркаемся, как обезьяны в зоопарке и без перерыва, — возмущается Ринат. — Мне вообще плевать, кто там его так разозлил, но мы-то тут причем?