Книга Разведена и «брак» не предлагать!, страница 30 – Диана Фад

Начинаю спускаться, стараясь не касаться грязных перил, и слышу, как хлопнула входная дверь в подъезд. Сейчас спрошу кого-нибудь из жильцов, где хозяин пятнадцатой квартиры. Ко мне навстречу поднимаются бабушка с внучкой. Женщина ведет девочку за руку, из-под серой шапочки выглядывает косичка с обычной бесцветной резинкой на кончике. На лице россыпь золотых веснушек. Одеты обе просто, но опрятно. Несут сумку с продуктами, хотя там их и не особо много.

— Здравствуйте, — вежливо здороваюсь я с ними.

Женщина поднимает на меня тяжелый, даже злой взгляд и, не отвечая, просто проходит мимо, тянет ребенка за собой.

— Здрасте, — тихо, почти шепотом произносит девочка лет пяти.

Поднимает на меня глаза, и я словно получаю удар током по всему телу. Эти глаза я очень хорошо знаю, сама любовалась ими всё последнее время на своих сеансах. На меня смотрят синие глаза Грачева Ярослава Николаевича.

— Подождите! — окликаю я женщину, которая уже достала из кармана серой вязаной кофты ключи. — Вы из пятнадцатой квартиры?

Мне никто не отвечает, лишь девочка смотрит то на меня, то на бабушку. Впрочем, это очевидно, раз ключ открывает замок в двери, куда я только что стучалась.

— Бабуля, — дергает за рукав кофты девчушка, но та лишь отдергивает руку.

— Не уходите, мне нужно с вами поговорить, — снова поднимаюсь по ступеням и встаю перед уже открытой дверью.

— Чего надо? — злобно спрашивает женщина.

— Мне только узнать, — начинаю я, препятствуя закрытию двери, отчего женщина злится, пытаясь меня отпихнуть. — Кирилл Грачев здесь проживает?

— Нет тут таких! — сразу отзывается женщина, все же отталкивая меня от двери.

— Да подождите же! — сую ногу уже почти в щель и морщусь, когда ее сдавливают дверью. — Неужели вам трудно поговорить? Мне всего лишь нужно знать, где сейчас Кирилл.

— Нет его здесь, давно уже нет.

— Бабуля!

Девочка появляется из-за бабушки и смотрит на меня испуганными глазенками.

— Папы нет, — заявляет она, а я облегченно вздыхаю, нашлась все-таки.

— Понятно, можно пройти? — указываю кивком на квартиру.

Минуту подумав, женщина все же отпускает дверь и разворачивается, чтобы уйти.

— Проходите, — вежливо приглашает меня девочка. — Я Таня.

— А я Кристина, — улыбаюсь ей, заходя в небольшую прихожую.

Здесь неожиданно чисто после загаженного подъезда. Ремонт, похоже, был еще в советские времена. Обои кое-где ободраны, в каких-то пятнах. Вот тут явно стоял шкаф, так как здесь четко сохранился рисунок серебристыми лилиями, которые не выцвели. Остальные обои уже потемнели и потускнели.

Пол старый, рассохшийся паркет, но чистый, будто недавно мыли полы. Снимаю сапоги и остаюсь в одних носочках, прохожу в кухню, где бабушка девочки вынимает из сумки молоко, хлеб.

— Садитесь, — предлагает мне Таня, пододвигая обшарпанный деревянный стул.

— Нечего тут рассаживаться, — сердито одергивает внучку бабушка. — Я ее не приглашала, тем более что говорить нам не о чем!

— Ну почему же не о чем, — начинаю возмущаться я, но тут же возвращаю себе равнодушный и серьезный вид. — Я психотерапевт, делаю заключение для опеки, и, насколько я вижу, условия проживания совершенно не подходят для ребенка!

Бабушка Тани бледнеет и тут же опускается на табуретку у окна.

— Таня, выйди, нам с тетей нужно поговорить, — не спуская с меня внимательного взгляда, приказывает бабушка.