Книга Измена. Ты моя тайна..., страница 44 – Диана Фад

— Какой же ты гад, — ругаюсь я, — Только из-за твоей мамы я остаюсь здесь, ну и из-за Веры. А ты, даже не вздумай подходить ко мне.

— Как скажешь, я умею ждать, — делает шаг в мою сторону Матвей, — Пойдем, я покажу тебе нашу комнату.

— Нашу?! — задыхаюсь я от негодования, — Ты с ума сошел, Агафонов?! Никакой нашей комнаты или я сейчас же уезжаю отсюда.

— И оставишь Веру без бабушки?

— А что, у нее еще внук есть. Привези сюда свою жену, и будет в доме праздник, — фыркаю я.

— Да, кстати, — хмурится Матвей, — Не напоминай маме про Стаса, моего сына. Да и про Лену тоже.

— Это еще почему? — удивляюсь я.

— Мама его никогда не видела.

— Ты полон сюрпризов, Матвей, — сердито отвечаю я, — У вас не семейка, а Санта-Барбара какая-то. Внук есть, жена есть, а говорить про них нельзя.

— Да потому что это не ее внук! — взрывается Матвей, — Стас не мой сын. Мама очень переживает по этому поводу.

— Как не твой? — столбенею я, широко открыв глаза. Вот это поворот.

— Впрочем, ничего не говори, — отмахиваюсь я, — Мне неинтересна твоя личная жизнь.

— Если бы это было так, ты бы не строила из себя обиженную женщину, — усмехнулся Матвей.

— Я?! Да мне все равно! — пытаюсь сделать вид, что так оно и есть. Еще не хватало, чтобы Матвей думал, что я интересуюсь его отношениями с женой.

— Ну да, как же, — направляется к выходу с террасы Матвей, — Я в магазин, потом баню затоплю, устраивайтесь.

— Тебе не кажется, что ты перегибаешь? — возмущаюсь я, пока иду за ним в дом, — Мы не собираемся, здесь оставаться надолго.

— Неделя, дай мне эту чертову неделю, — оборачивается Матвей, — Я хочу лучше узнать свою дочь, а мама сто лет мечтала о внучке. Неужели тебе свой эгоизм дороже?

— Ну, знаешь ли! — вскрикиваю я, но тут же прикусываю губу, чтобы не напугать Веру и маму Матвея, — Ты слишком много на себя взял, — шиплю на него.

— Давай оставим все споры на потом, надеюсь, что вечером у нас получится поговорить более спокойно.

Матвей уходит, а я отправляюсь на поиски Верочки, которая ушла с бабушкой. Нахожу их в уютной комнате, где они устроились на широкой кровати и рассматривают фотоальбом.

— Машенька, подойди к нам, — хлопает рядом с собой мама Матвея, и я присаживаюсь на край кровати, — Я показываю Верочке маленького папу. Ох, каким непослушным он был, — качает головой Татьяна Семеновна.

— И я, — гордо добавляет Вера, однако вспоминает про меня и бросает испуганный взгляд, — Нет, я послушная, — тут же опровергает свои слова.

— Редко, — не удерживаюсь я, улыбаясь дочери.

Какое-то время мы перебираем старые пожелтевшие снимки, на которых Матвей в возрасте Веры, младше или старше. А вот здесь совсем маленький. Беру фотографию в руки, разглядывая голенького ребенка, что лежит на животике и улыбается беззубым ртом прямо в камеру.

— Очень похож на Верочку, — довольно улыбается мама Матвея, — Вот, смотри, тут ему пять лет, — протягивает мне другую фотографию.

— Да, они очень похожи, — неохотно признаю я.

— Маша, я все хочу спросить, — шепчет мне Татьяна Семеновна, пока Вера перебирает аккуратно фотографии, — Ты же не заберешь теперь у меня внучку, даже если вы с Матвеем… Поругаетесь? Нет? — смотрит встревоженно, грудь часто поднимается, еще немного и начнет задыхаться.

— Конечно,нет, — успокаиваю женщину, гладя по плечу, — Какие бы отношения нас с Матвеем ни связывали, Верочка останется вашей внучкой, обещаю.