Книга Измена. Ты моя тайна..., страница 52 – Диана Фад

Матвей решил удивить всех шашлыками и съездил за мясом. Заставил меня мариновать мясо под своим чутким руководством. Вообще, он не отходил от меня ни на шаг весь день, и я просто уже не знала, как к этому относится. По сути, мы не являлись семейной парой, да и отношений у нас не было, а его мама Матвея решила, что нас нужно оставлять чаще наедине. Поэтому Матвей пользовался этим на полную катушку.

— Что ты хочешь от меня, я не пойму? — взмолилась я, когда он в очередной раз потащил меня в сад к укрытой поздними клематисами беседке, рядом с которой стоял мангал.

— Я?! Ничего, — слишком правдоподобно признался он, что вызвало во мне явные сомнения.

— Отвези нас домой, Матвей, я все поняла и не запрещу тебе общаться с дочерью. Но я уже неделю не была дома, все время в больнице. Тебе не кажется, что это глупо — держать нас здесь?

— Относись к этому как к вынужденному отпуску, — хмыкает он, разжигая огонь в мангале.

— А ты? Только вышел на работу и уже взял неделю. У нас практиканты, между прочим.

— За свой счет, заметь, — улыбается он какой-то задорной мальчишеской улыбкой, — Впрочем, тебя никто не держит. Оставляй Веру здесь, и станция рядом, если тебе так противно находится рядом со мной.

— Ну уж нет, дочь после операции я не оставлю, — качаю головой, — Мы и так долго жили отдельно.

— Я вот до сих пор не могу понять, как ты могла оставить нашу дочь на мать и жить без нее? — хмурится Матвей.

— А я не могу понять, почему ребенок от Лены оказался не твоим? — парирую в ответ.

— Это долгая история, — отворачивается он, подкладывая в мангал еще дрова.

— И у меня история долгая.

— Да ладно, признайся, ты не хотела, чтобы ребенок мешал твоей личной жизни? — хитро прищуривается Матвей.

— Нет.

— Да быть того не может! Готов поспорить, что твой богатенький жених ничего не знал про ребенка? Я прав?

Отворачиваюсь от Матвея,делая вид, что увлечена салатом, нарезаю помидоры и огурцы к мясу.

— Прав, так что давай, Машунь, как на исповеди. Ты мне, а я тебе, признаемся уже во всех своих грехах, — легко подталкивает меня в бок Матвей, отчего я тихо рычу на него.

— Да мне все равно, пусть это будет моя тайна, которая тебя совсем не касается. Твою мне знать неинтересно, — отбиваюсь я от его шуток.

— А мне интересно, — продолжает Матвей, — Давай я тебе приоткрою часть своей тайны, а ты мне свою. Например, расскажу, почему я женился на Лене?

Молчу, вымещая всю злость на несчастных огурцах, и мажу по пальцу.

— Черт, — встряхиваю рукой, рассматривая небольшой порез.

— Дай сюда, — берет мою руку Матвей и, несмотря, на мое сопротивление, сует палец себе в рот.

Смотрит прямо в глаза, обхватывая губами, посасывая. Во мне словно вулкан взрывается, стою как дурочка, открыв рот. Никогда мой палец не был у мужчины во рту, а, оказывается, этот так… Так пошло и взрывоопасно. Дергаю руку, но зубы Матвея слегка прихватывают палец во рту.

— Что ты делаешь? — шиплю на него, все же отдергивая руку, чуть не содрав кожу.

— Обеззараживаю, — хрипло произносит он, а в глазах шторм, девятый вал. Тянет меня туда, в эту бездну, что готова как собака, встряхнуть головой прогоняя морок, — Моя слюна капец, какая уникальная, там только полезные микробы, ты знаешь?

— Ой, все! — отмахиваюсь я, не зная, куда деть руки.

Матвей слишком близко, слишком давит на меня своей притягательностью, что так и накрывает теплыми, даже горячими волнами.