Книга Измена. Отдай мне всё!, страница 34 – Диана Фад

Оттуда вышла, едва стоя на ногах, меня шатало, в глазах прыгали мурашки. Еще немного, и упаду. Как дошла до палаты, как упала на кровать, уже не помню. А приход следователя буквально добил меня. Этот самоуверенный в своей правоте человек вел себя нагло и развязно. Разговаривал со мной как с отпетой преступницей. Он точно былуверен, что Лунина младшего убила я, и просто издевался, задавая мне одни и те же вопросы по кругу.

— Когда вы решили, что нужно избавиться от своего любовника? — ухмылялся вроде бы еще молодой человек, довольно приятный, но уже напрочь черствый и равнодушный.

— Он не был моим любовником, — отвечала я в десятый раз.

— Почему тогда вы его убили?

— Я не убивала.

— Вера Константиновна, я здесь не для того, чтобы слушать, какая вы белая и пушистая, всеми покинутая и несчастная. Давайте с вами договоримся, вы облегчаете работу мне, а я постараюсь посещать вас как можно реже. Чистосердечное признание пойдет вам только на пользу.

— Я не убивала, — повторяю, как мантру.

— Ничего, посидите здесь месяц, а то и больше, сговорчивее станете.

— Сколько?! — вскидываю на него испуганный взгляд.

— А вы как думали? Пока идет следствие, пока суд…

— Но мне нельзя так долго!

— Да что вы говорите?! — издевается следователь. — Так что, признаемся? Поверьте мне, доказательств у меня и без ваших признаний хватает.

— Я не убивала!

— Максим, зайдите к Борису Михайловичу, — говорит секретарша Лунина старшего и отключает звонок, а я быстро сворачиваю папки на компьютере, поднимаюсь в приемную генерального.

— Проходи, — кивает Борис Михайлович, кивком указывая на кресло за столом.

Сажусь, внимательно смотрю на начальника. После всего, что случилось, это первый раз, когда меня вызвал к себе генеральный. Его понять можно: похороны сына, следствие, а я как бы тут тоже фигурирую.

— Сам понимаешь, что я не могу тебя оставить работать в моей компании, — начинает генеральный, а я внутренне выдыхаю от напряжения.

Все эти дни я ждал, что такое случится. Ждал, но надеялся, что пронесет. Хотя сам думал о том, чтобы уволиться. Рабочая обстановка уже не была прежней, и в таких нервных условиях я работать не смогу.

— Я всё понимаю, что ты не виноват в том ужасе, который совершила твоя жена, но принять не могу. Мой единственный сын убит любовницей, которая скоро поплатится за всё. Считаю, что я не имею никакого права держать тебя на работе, так как против воли перенесу на тебя свой негатив. И не говори мне, что твоя жена ни в чем не виновата.

— Виновата, я сам видел доказательства, — глухо отвечаю главному.

— Все видели, и я не верю, что ты ничего не знал или хотя бы не догадывался. Впрочем, это всё уже неважно. Моего сына не вернуть, а у меня осталось одно желание: мстить убийце. И поверь, твоя жена долго не проживет в тюрьме.

— Но Вера…

— Не виновата, хочешь сказать? — перебивает меня главный.

— Я не знаю, запутался, — честно признаюсь ему. — Моя жена не могла сделать такое, и в то же время эти доказательства… Я просто не знаю, во что верить.

— Зато я знаю. Моего сына нет и больше не будет. И твоя жена за всё мне заплатит, обещаю.

Смотрим какое-то время друг другу в глаза, и я первый отвожу взгляд. Борис Михайлович прав, а мне нечем ответить.

— Пиши, — кладет передо мной лист, ручку Лунин. — Пока по собственному желанию вчерашним числом. Если не согласен, уволим по статье.