Книга Ошибка, которая лишила меня всего, страница 2 – Оксана Лебедь

Её свободная рука поднимается и легко касается моей щеки. Я отдёргиваюсь, но слишком поздно. Этот холодный, мягкий жест будто проникает под кожу.

— Я же сказала, Кирилл, — её голос тихий, ласковый, как шёпот в постели. — Мы всё равно будем вместе.

У меня перед глазами плывёт. Сердце колотится так сильно, что я едва слышу детский плач в соседней комнате. Внутри всё кричит: выгони её из этого дома, скажи Марии правду, останови это, пока не поздно. Но я не могу, я люблю свою жизнь, свою жену и свою дочь. Я не потеряю их! Я не могу рассказать о связи с этой… Да кто она вообще такая?

Я вижу только её глаза — голубые, холодные, как лёд, и в них светится торжество. Она победила. Она уже здесь, внутри моего дома, внутри моей жизни.

И я понимаю: всё только начинается.

За неделю до поялвния Риты.

В номере душно, слишком душно. Окно плотно закрыто, шторы задёрнуты, и единственный свет идёт от ночника у кровати. Тусклый жёлтый свет ложится на смятые простыни, пахнущие потом и её сладкими духами. Воздух густой, вязкий и тяжелый, наполненный дымом от сигарет. Я чувствую его на коже и хочу только одного — выйти отсюда.

Рита лежит рядом. Голая, красивая до безобразия, с раскинутыми по подушке чёрными волосами. Она улыбается — довольная, расслабленная, уверенная. Её голубые глаза блестят, и я ловлю на себе этот взгляд. Он липнет, не отпускает.

Я смотрю в потолок и чувствую, как сердце глухо бьётся от тяжести. Не от желания — от усталости, от понимания. Всё. Конец.

— Рита, — произношу я и сразу слышу, что мой голос чужой, резкий. — Это была последняя встреча.

Она приподнимается, опираясь на локоть, волосы скользят по моей груди. На её лице сначала лёгкое удивление, потом улыбка. Уверенная, снисходительная.

— Кирилл, перестань. Ты не умеешь шутить.

— Я серьёзен. Мы с самого начала договорились: только секс. Без обещаний, без надежд. Я говорил, что это все временно, пока… — как не хочется в такой момент произносит имя жены и я прокашливаюсь. — В общем, ты все знала.

Её улыбка становится шире, но глаза блестят жёстче.

— Ты говоришь, как будто увольняешь секретаршу.

— Так и есть. Всё было ясно. У нас ничего нет, кроме секса. Ты все знала с самого начала.

Она медленно ведёт пальцем по моей груди, почти ласково.

— Ты врёшь. Ты приходил ко мне, потому что дома тебя душила твоя Мария. Потому что только со мной ты мог быть настоящим и счастливым, мог позволить себе то, чего она не могла тебе дать…

Слова бьют в сердце. Я скидываю с себя её руку.

— Не смей её трогать. Мария — моя жена. Я люблю её! И только её!

Рита усмехается, но смех её дрожит, будто в нём спрятаны слёзы.

— Любишь? А что ты делал со мной? Молился? Кирилл, ты жил мной, целовал так, будто я — твоя единственная женщина. Ты говорил, что любишь меня. А теперь хочешь сказать, что я пустое место?

— Да, — вырывается у меня. — Пустое. Ошибка. Вынужденная ошибка! Это и так продлилось дольше, чем нужно.

Её губы дрожат, она поджимает колени к груди, обхватывает себя руками. Секунду я вижу в ней хрупкую, ранимую девочку,и вина едва не душит меня. Но тут же она поднимает глаза, и в них уже не боль, а гнев.

— Ошибка?! — её голос ломкий, почти визгливый. — Ты смеешь бросать меня, как дешевую игрушку? Я ради тебя… ради нас… Я от всего отказалась, Кирилл!