Книга Отдых особого назначения, или я (не) буду твоей, босс, страница 75 – Грета Берг

Она подходит ко мне. Я чувствую ее дыхание. Ее рука опускается мне на плечо.

— Рома, — тихо начинает она, — просто ответь мне на один вопрос.

Я поворачиваю к ней голову. Наши взгляды встречаются, и я больше не вижу в ее глазах страха.

— Скажи мне, что совершил твой брат?

Первый раз я оказываюсь в тупике. Ведь об этом никто не знает. Кроме нашей семьи. Никто и не должен был знать. Но если я сейчас промолчу — она уйдет.

И снова причиной разрыва будет Леша. Да будь ты проклят, урод. Чувствую, как во мне закипает негодование. От одной только мысли, что он опять окажется виноват мне хочется разнести все вокруг.

— Пожалуйста, скажи мне правду.

Еще несколько минут мы проводим в молчании. И наконец, я произношу то, о чем мы никогда не говорили с тех самых пор. Пятнадцать лет молчания закончились.

Алина

Я смотрю на него и жду. Готовлюсь услышать ответ, который мне не понравится. Но зато это прольет свет на его поведение и характер.

Зрачки его сужаются, он прищуриваться и произносит:

— Он изнасиловал мою невесту незадолго до нашей свадьбы.

— Что⁈ — я была готова услышать все, что угодно, только не такое. От неожиданности я просто теряюсь. Не знаю, что сказать. Но понимаю, что сказать что-то надо. — Твой родной брат? — только и могу произнести. Сердце тут же оказывается в пятках.

— Именно мой родной братик Лешенька, которого так бесконечно всегда любили родители.

В каждом его слове я чувствую боль и ненависть к брату. Даже не представляю, какие чувства он испытывал тогда и как вообще не прибил этого Лёшу.

Его руки непроизвольно сжимаются в кулаки. Напряжение нарастает. Надо срочно что-то делать. И я просто беру его руку в свою.

— Они его спрятали, — он словно отвечает на мой вопрос. Специально, подальше от меня. Лишь бы с ним ничего не случилось. Я убью его.

— Рома, это не выход.

— Ей было двадцать два года. Мы только закончили институты. И должны были пожениться. Но Леша решил, что она должна быть с ним, а не со мной. Он обманом затащил ее к нам домой и… Она не выдержала такого позора и через неделю выбросилась с десятого этажа.

Господи! Какой кошмар он пережил в юности. Я даже представить не могла, что у Романа такое прошлое.

— Ты же понимаешь, что убийство брата ее не воскресит, — пытаюсь хоть как-то разрядить напряжение.

Солнце продолжает палить в окно, освещая мрачный взгляд Романа. И только желваки играют на лице.

— Мне станет легче.

— Не станет, — уверяю я. — Это только так кажется, что месть обидчику облегчает жизнь. Но все не так. Убить человека непросто, даже испытывая к нему лютую ненависть. И уж тем более счастье ты не почувствуешь.

Я понимаю, что оставлять его сейчас никак нельзя. Кулак его расслабляется.

— Понимаешь, если она выбрала для себя смерть, вы бы все равно не смогли быть вместе. Ей было бы тяжело и невыносимо осознавать, что рядом есть тот, кто отравил ей жизнь. И он — твой брат, с которым наверняка бы пришлось регулярно видеться. Да и смотреть в глаза любимому человеку, после всего этого тоже очень тяжело.

— Думаешь?

— Да.

— Она не сказала мне ни слова.

— Она знала, что ты постараешься ее убедить в том, что вы со всем справитесь и будете счастливы. Я уверена, что она не хотела, чтобы ты тоже мучился от того, что сделал твой брат. Каждый раз, когда вы были бы наедине, он вставал бы между вами. Вы может быть и не сразу, но расстались бы.