Книга После развода. В плену твоего обмана, страница 14 – Зарина Цурик

— А я и пришла к тебе. Забыл? Но ты меня прогнал.

Матвей не ответил. Он медленно поднялся с пола и встал на колени, оказавшись с ней на одном уровне. Теперь между ними не было дистанции. В комнате было почти темно, если не считать света из приоткрытой дверцы русской печи.

Большая, побеленная, она доминировала в пространстве, наполняя дом сухим жаром и уютным потрескиванием дров. Тени от языков пламени, пробивавшиеся сквозь щель, извивались на стенах.

— Прости, — почти прошептал он. Его взгляд невольно скользнул по её губам, а затем снова поднялся к глазам, в которых застыл немой упрёк. — Я не должен был отпускать тебя одну. Из-за меня ты попала в эту… беду.

— «Беда» это ещё мягко сказано, Матвей, — горько усмехнулась она. — Но ты не виноват. Виновата я. В том, что, несмотря на всё, что ты наговорил и сделал, я, как последняя дура, продолжаю тебя любить.

Он вздрогнул, словно от физического удара. Снова наклонился и продолжил растирать её ноги, но теперь его движения стали другими. Медленными, тягучими. Ладони скользили от стоп вверх к икрам, вызывая у Марины невольное содрогание, на этот раз не от холода, а от запретной близости с уже «бывшим».

— Спасибо, что спас, — тихо добавила она, пытаясь взять себя в руки. — Как ты услышал?

— Я не слышал, — Матвей по-прежнему избегал прямого взгляда, сосредоточенно согревая её кожу. — Просто вышел проверить… не сидишь ли ты под моим забором.

Марина хмыкнула, чувствуя, как абсурдность ситуации давит на неё. Они снова замолчали, погрузившись в густую, тягучую тишину, нарушаемую лишь потрескиванием печи.

Сбросив с себя тяжёлый свитер, Матвей остался в одной футболке. Его движения стали смелее. Тёплые мозолистые ладони поднимались всё выше, почти до колен, и Марина прикрыла глаза.

Она хотела ненавидеть его, хотела оттолкнуть, но тело предавало её, впитывая каждое прикосновение. В полумраке он казался ещё красивее: тёмные пряди волос, упавшие на лоб, резкая линия подбородка, широкие плечи, которые когда-то были её единственной опорой.

— Ты сбежал, — сорвалось с её губ прежде, чем она успела себя остановить. — Сбежал от всех. Ладно, не говори мне истинных причин, раз я для тебя чужая. Но скажи зачем был весь этот цирк? Зачем ты инсценировал измену? Неужели я была такой обузой, что проще было растоптать меня, чем просто поговорить? Почему Жанне ты доверяешь больше, чем собственной жене?

Матвей тяжело вздохнул. Его большой палец медленно обвёл контур её колена, а затем он на мгновение прижался к нему губами. Этот жест был настолько нежным и полным отчаяния, что у Марины перехватило дыхание.

— Я не знаю, — выдавил он, глядя ей в глаза. — Не знаю, как объяснить. Но по-другому я не мог.

Его рука скользнула выше и уверенно легла на бедро.

— Прости меня за эту боль. Но всё, что я делал… я делал это ради тебя. Так лучше.

— Для кого лучше⁈ — Марина повысила голос. — Твоё «лучше» разрушило мою жизнь! Матвей,посмотри на меня!

Он был подобен скале — непоколебим и неприступен. Вместо ответа он приподнял её левую ногу за ступню и замер, словно увидел её впервые. Кончиком указательного пальца он начал медленно соединять родинки на её коже, вырисовывая невидимое созвездие.

Марина разрывалась между яростью и всепоглощающим желанием. Ей хотелось ударить его и в то же время раствориться в его тепле. А Матвей вдруг начал покрывать её кожу долгими влажными поцелуями: от подъёма стопы, по голени, выше к колену.