Книга Доводы нежных чувств, страница 156 – Яна Смолина

— Адалин, вы себя не бережёте, — Генри присел на край стола возле девушки, не сводя с неё глаз. — Нельзя столько работать.

— Вы работаете не меньше, господин Адамсон. Скажите, вы сможете уделить мне минут десять? Если мы сейчас с этим закончим, я вас больше не побеспокою без надобности.

— Я весь ваш, моя дорогая, — проговорил он, приближаясь ещё, отчего Адалин пришлось отступить.

Она почему-то не нервничала. Видимо, мисс Виндлоу за время работы на фронте привыкла к поведению Адамсона и не ждала от него ничего, что могло бы испугать или навести на подозрения. Она взяла из сумки карандаш и приготовилась писать. Навсе её вопросы Адамсон отвечал положительно, что заставило девушку сделать логичный вывод. Генри переболел и прививаться ему не нужно. Адалин поблагодарила офицера и сославшись на необходимость кормить малыша, уже намеревалась уходить, но Генри остановил её.

— Адалин, задержитесь, прошу вас, — просьба больше походила на приказ, а потому другого выхода не оставалось. Врач внимательно взглянула на него. — Вы не могли бы посмотреть, что со мной? Плечо болит третий день. Ума не приложу, что делать. — Он поморщился, приложив ладонь к больному месту.

— Почему вы раньше к нам не пришли? Зачем терпели столько времени? — возмутилась Адалин. — Раздевайтесь, — велела она.

— Всё некогда было, вы же понимаете, — ласково проговорил мужчина, стягивая с себя рубашку. Несмотря на сидячую работу, Генри находился в хорошей форме. Адалин почти сразу заметила, что шрамов на его теле куда меньше, чем у Виктора, но тут же отругала себя за излишнее внимание к этому человеку. Адамсону пришлось сесть, чтобы девушка могла дотянуться до его плеча. Она встала позади и принялась ощупывать и разминать упругую напряжённую мышцу, которая не поддавалась пальпации. При некоторых прикосновениях Генри вздрагивал, но никаких звуков не издавал, демонстрируя выдержку и терпение.

— Судя по всему у вас невралгия или защемление. Вам нужно поберечь руку — не носить тяжести, не напрягать сверх меры. На какое-то время придётся воздержаться от силовых упражнений. Но гимнастика и массаж всё-таки не помещают, — она хотела уже убрать руку с его плеча, но подполковник не дал ей этого сделать, накрыв маленькую ладонь своей.

— У вас такие нежные руки, Адалин. Прошу, сделайте мне массаж. Я чувствую, что мне становится легче от ваших прикосновений, — он сидел спиной к ней, не замечая того, как девушка впервые за этот вечер зарделась от волнения.

— Я не специалист в массаже, но давайте попробуем, — пробубнила она, неловко сдавливая пальцами плотные мышцы. Когда усилия начали причинять ей боль, Адалин отвела руки, разминая уставшие пальцы. — На сегодня всё, подполковник. Приходите завтра в медпункт — Патриция вас примет, — она обошла офицера и приблизилась к столу, намереваясь теперь уже во что бы то ни стало уйти из комнаты, в которой с каждой минутой становилось всё жарче.

Генри неожиданно оченьбесшумно поднялся и приблизился к ней.

— Останься, — услышала она шёпот позади себя. Его слова обдавали шею теплом прерывистого дыхания. — Ты сводишь меня с ума, Ада. — Девушка, обомлев от неожиданного напора, вознамерилась броситься к выходу, но ей не дали этого сделать. По обе стороны от неё находились руки мужчины, крепко упиравшиеся в столешницу. Она в ужасе обернулась, прижимая к себе сумку. Встретившись взглядом с Генри, она обомлела. Карие глаза мужчины казались почти чёрными из-за расширившихся зрачков. Он без стеснения прижимал девушку к столу так, что его край больно упирался в ягодицу.