Книга Мой нежный котик, страница 21 – Яна Смолина

Что-то щёлкнуло. Я услышала громкий шлепок, а потом женский вскрик со стоном, а в следующую секунду кровать стала раскачиваться. Сначала не очень быстро, но вскоре её расшевелили так, что я всерьёз испугалась, как бы эти двое не провалились ко мне. Стоны и охи Маши переходили в вопли, особенно после характерных ударов чем-то звонким и свистящим. Когда я поняла, что это плеть, пришла в ужас. Как можно получать удовольствие от боли⁈ И о чём они вообще говорили? Здесь что, готовится заговор? Воронов не только всему посёлку враг?

Удивляться нечему. Такие, как Артур, окружены врагами. Но теперь в душу закралось сомнение. Лёжа под раскачивающейся во все стороны кроватью и слушая вопли блондинки, я размышляла о том, что имел в виду этот мужчина, говоря о благотворительности. Воронов кому-то собирался подарить землю с озером? Но кому? Бред какой-то.

— Кто твой господин, рабыня? — хрипло и настолько проникновенно прорычал мужчина, что я вздрогнула.

— Ты, — пищала Маша, — Да! Да! Ты мой господин!

Кровать перестала скрипеть, а затем что-то звякнуло. Я не видела происходящего, но, обладая богатым воображением, уже рисовала в нём жуткие картины издевательства над блондинкой. Мне почему-то было жалко её, хотя, судя по протяжным стонам, несчастную всё устраивало.

— Открой рот.Вот так. Послушная рабыня. А теперь дай сюда свои руки.

Кровать снова зашаталась, а я от ужаса уже с трудом соображала. На глаза наворачивались слёзы. Я понимала, что если меня заметят, этот самый господин не постесняется и меня в рабыни записать со всеми вытекающими. А там и до цепей с наручниками недалеко, и до плетей с металлическими хвостиками. Едва не всхлипнула.

Когда мужчина зарычал, а кровать с одной стороны слегка подскочила на ножках и встала обратно, я поняла, что всё закончилось.

Первой с неё спустилась Маша и на трясущихся ногах сделала нетвёрдый шаг вперёд.

— Собери документы, — сказал мужчина. — Вряд ли он таскает их с собой. Ключ от его сейфа у тебя есть?

— Нет, зай, но я найду, как его открыть, — ответила Маша дрожащим голосом. — А ты точно меня на Бали отвезёшь?

— Конечно, куколка. Только сначала сделай свою часть работы. Ты же умная девочка, всё понимаешь.

Машу дёрнули обратно и засосали в плотоядный поцелуй. Стало противно. За какое-то Бали эта кукла собиралась предать своего мужчину. Но ведь и Воронов не особенно жаловал её. Приди, уйди. Или с такими, как эта Маша, только так и разговаривают?

Я устала лежать. Руки и ноги затекли, но пошевелиться было страшно, вдруг услышат. А когда сладкая парочка заговорщиков покинула комнату, я выдохнула. Конечности затекли и не слушались. И всё же, вынув себя из-под кровати, я поспешила на выход, опасливо поглядывая по сторонам. Тишина в доме сообщила, что парочки поблизости нет. Набравшись решимости, я мелкими перебежками добралась до поста.

— Скажите, — нерешительно обратилась к скучающему охраннику, — кто только что приходил?

— А вам зачем?

— Чтобы другой раз не мешать гостям Артура Михайловича отдыхать.

Охранник недовольно насупился.

— Подружка хозяина. Вы ж, вроде, её знаете.

— А мужчина?

— Какой ещё мужчина?

— С ней был человек.

Охранник тупо уставился на меня. Казалось, в ту минуту, его мозг решал некую сверхсложную задачу, и что-то явно не сходилось.