Книга Мой нежный котик, страница 19 – Яна Смолина

Воронов разорвал поцелуй, но рук не убрал. Он прошептал мне в губы:

— Ключ от комнаты, — и хлопнул меня по бедру, не забыв при этом ущипнуть.

Я с силой оттолкнулась от его. Не находя слов, так и осталась стоять, сжимая кулаки. Слова, в общем-то, и не требовались. Соседи голосили так, будто Воронов нанёс оскорбление лично каждому из них, а не только мне.

Папа окончательно рассвирепел. Он оторвал от себя мамины руки и бросился к калитке, но мама кинулась наперерез и закрыла ему выход собой. Он шумел, она шумела, соседи гомонили и размахивали кулаками, из-за заборов то тут, то там нарастал собачий лай. Короче говоря, началось в посёлке утро. Вот только Артуру не было ни до кого из них дела. Как и мне. Все мои мысли теперь занимал один единственный человек, которого ужасно хотелось покалечить. Опозорил меня на весь посёлок, паразит! Снова!

Вспомнила его слова, запустила руку в карман. Нащупала ключ. Надо же, умудрился ведь незаметно подсунуть. Провожая ненавидящим взглядом мужчину, до боли сжала в кулаке карточку с прикреплённым к ней брелком. Ну Воронов, я тебе такого нарисую, такого нарисую! Хочешь похабных картинок! Ты их получишь!

Тем же вечером, когда посёлок накрыли сумерки, я двинулась в сторону особняка. Предварительно нарядившись в папин костюм для рыбалки, мелкими перебежками я добралась до цели, а когда глянула из-под козырька военной фуражки на охранника, тот беззвучно хмыкнул, но всё же открыл. Ну да, вся эта одежда была мне велика. Но пусть уж случайные свидетели думают, что к Воронову какой-то оборванец ходит.

Папе мы так и не решились всё рассказать. Да он, если б узнал, запер бы меня дома. А так своего старого костюма он точно не хватится, а на моё отсутствие всегда имеется легенда — погулять ушла.

К счастью, в доме Артура никого не было. И, сбросив с себя верхнюю одежду, я решила воспользоваться одиночеством, чтобы осмотреться.

Неизвестно, когда Воронов успел, но свет был уже восстановлен. Правда, теперь вместо космолюстры в толщу потолка были вмонтированы круглые светильники. И почему сразу было их не сделать?

Следы когтей всё ещё красовались на мебели, но не на стенах. Обновлённые, выкрашенные в белый, они излучали аромат свежей штукатурки.

Над одним из подпорченных кресел, похожих на пляжный лежак овальной формы, я увидела фотографии в рамках. Любопытство оказалось сильнее. Приблизившись, стала с интересом рассматривать их. На фото были, как это ни странно, дети. Не один, не двое, а несколько ребят разного возраста, самому младшему из которых на вид было года четыре, а самому старшему лет тринадцать. С одного из снимков на меня смотрел Артур Воронов. У него на руках сидела девочка и крепко обнимала мужчину за шею. Неужели дочь?

Осознав, наконец, что слишком задержалась здесь, я развернулась и, взяв чемодан с принадлежностями, направилась в злополучную спальню.

Запал мой немного угас после того, как я увидела те фотографии. Теперь желание изуродовать комнату заказчика похабщиной отступило. Нет, я не собиралась мириться с гадкими выходками Артура Воронова, но эти дети вызвали во мне жгучее любопытство. Они никак при всём желании не вязались с этим мужчиной, который явно не имел семьи. Но что, если они внебрачные, а Артур, как может, участвует в их жизни? Правдоподобно с натягом. Но лучше пока унять фантазию и приступить уже, наконец, к работе.