Книга Дочь алхимика на службе у (лже)дракона, страница 137 – Яна Смолина

Солдаты, сторожившие выезд из города, немедленно мобилизовались. Они проворно заняли места по обе стороны от тяжёлых деревянных дверей и принялись толкать их, с каждой секундой неумолимо уменьшая проём. Лошадь бросилась ещё быстрее. Только теперь Котеб пожалел о телеге, но всё должно было выглядеть правдоподобно, чтобы никто не заподозрил побег раньше времени. Он обессиленно взвыл, осознавая, что лошадь проскочит в зияющую перед ним узкую щель, а вот повозка – нет. Но не успел он отчаяться, как ощутил позади себя крепкий захват. Он обернулся. Перепуганная Калли, зажмурившись и неуклюже распластавшись на лошадином крупе, вцепилась в него мёртвой хваткой и подвывала от страха. Пустая телега, из которой она каким-то чудом перебиралась на спину животного, подскакивала на ухабах. Секунда, и позади них раздался громкий хруст, а потом лошади стало заметно легче. Никто из беглецов не обернулся, но и без того было ясно: тяжёлые двери безжалостно раздавили телегу, тогда как всадник с девушкой под вопли проклятий стражников, благополучно выскочили из города и устремились в сторону горного хребта.

Они легко оторвались от погони. В суете её не сразу получилось организовать, и это сыграло беглецам на руку. Каллиопа всё ещё сидела, зажмурившись, и жалась к своему спасителю. Когда же она, наконец, перестала ощущать неистовую скачку и открыла глаза, то протяжно застонала, не веря в случившееся.

– Мы сбежали, да? – спросила она на всякий случай.

– Сбежали, – с усмешкой проговорил мужчина. – Чудом, – добавил чуть слышно.

Стараясь не свалиться с лошади, Каллиопа выпрямилась и села позади наездника, как положено.

– Спасибо тебе, Котеб, – она ещё крепче обняла его и не удержавшись, в радостном порыве поцеловала во взмокший затылок. –Ты не представляешь, чего я натерпелась.

Польщённый её вниманием, мужчина самодовольно заулыбался.

– Мы в братстве своих не бросаем, Сагиил из Персеполя. Я вообще удивляюсь, как ты умудряешься попадать в такие передряги? Другие бабы сидят себе дома, хозяйство ведут. А у тебя что ни день – приключение.

– Оно как-то само всё, – виновато проговорила девушка. – Скажи, а как ты спасся тогда? – спросила она, вспомнив их последнюю встречу.

– Тогда мы с Фаррухом и ребятами насилу отбились от стражи и разбежались кто куда. У нас то место не единственное в городе, так что переживать не о чем. Братство продолжает свою работу. Правда, сейчас нас мало, потому что твой благоверный, в смысле, наш солнцеликий халиф, – он поморщился от этой патетики, – забрал с собой лучших в поход.

– То есть вы теперь примирились с ним?

– Получается, что так. Но к нему ещё много вопросов, так что пусть не расслабляется.

Калли заметила, что редколесье, простирающееся за пустошью на много миль, внезапно сменилось каменистой тропой, которая с небольшим наклоном уходила ввысь. Теперь лошади, истратившей все силы на побег, стало ещё труднее передвигаться, и она плелась, тяжело переставляя ноги.

– Куда мы едем, Котеб? – спросила девушка.

– Туда, где ты будешь в безопасности, Каллиопа.

Она не спрашивала больше. Она уже узнавала местность, а когда вдалеке, на возвышенности, заметила две человеческие фигуры, не удержалась и заплакала от радости. Джамиль махал ей свободной от костыля рукой, а Олгас стоял, прижав ладони к груди, и не верил своим глазам.