Книга Дочь алхимика на службе у (лже)дракона, страница 149 – Яна Смолина

Спешившись и оказавшись в главной зале, он в недоумении остановился посреди неё. Лейс знал, что Фаррух тот ещё пройдоха, но подобного даже предположить не мог.

– Савлий! – прогремел бородач, поднимаясь с позолоченного трона на манер самого настоящего владыки. – Что-то ты долго, мы тебя заждались.

– Уж прости, раньше не мог. Освобождал тебе место, – усмехнулся Лейс. – Будь добр, поведай, что здесь происходит?

И Фаррух поведал. Он рассказал о том, как вместе с солдатами проник в город и с ходу заявил населению о падении их драгоценного халифа. Слух быстро разнёсся по округе, и вскоре его вместе с братьями под конвоем провели в залу, где заседала временная власть. Как и следовало ожидать, Фарруху никто не поверил, но тот подал своим людям знак, и за считанные секунды они разоружили конвой, перерезали их всех и взяли в плен напуганных седобородых заседателей. На должное сопротивление у талисийцев просто не оставалось сил. Лучших из них Хаким забрал с собой в поход.

Всё случилось слишком быстро, и вот уже Фаррух восседает на троне талисийского халифа и раздаёт повсеместно указания. Более того – изумлённые придворные бегут, спотыкаясь друг о друга, чтобы поскорее выполнить его волю и не разгневать самопровозглашённого воеводу. Умения убеждать, собирать вокруг себя людей и подчинять их своей воле Фарруху было незанимать.

– Ты сильно рисковал, мореход, – укоризненно проговорил Лейс, когда они уже восседали в трапезной и угощались вином. – А если бы Хаким одержал победу? Если бы твой план не сработал?

– Если бы да кабы, Лейс, – передразнил его бородатый, откусывая от бараньей ноги. – Так далеко я не заглядывал. Я всегда действую по обстоятельствам. Лучше расскажи, как вам удалось победить?

– Нам помог дракон, – нехотя буркнул Лейс.

– О как. Это тот дракон, которого нет?

– Да он. И теперь его уже точно больше нет.

– Опять темнишь, Савлий.

– А я и не обязан перед тобой отчитываться, – бросил Лейс, отряхнув руки и опрокинув залпом полбокала вина. – Вскоре ты сам всё узнаешь. А теперь скажи-ка мне, где Кобос?

Фаррух молча отложил трапезу, поднялся с места и мотнув головой, вынудил Лейса сделать то же самое и последовать за ним. Вскоре они спустились в сырой тёмный подвал, где из-за вереницы решёток доносились стоны заключённых. Остановившись возле одной из камер, Фаррух приказал стражнику открыть замок, а когда прошёл внутрь и бесцеремонно пнул лежавшего на грязных нарах человека в рваных обносках, обернулся к Лейсу.

Человек застонал и, встав на четвереньки, неожиданно заплакал как малое дитя. Переводя недоумённый взгляд с него на Фарруха, Лейс приблизился к узнику, сел перед ним на корточки и схватив за волосы на макушке, поднял его голову, чтобы разглядеть лицо. Кобоса было не узнать. За то время, что он находился в заточении, парень оброс волосами и бородой, отчего несвойственное взрослому человеку поведение казалось вдвойне неуместным. Он кривил рот от стенания и протяжно всхлипывал, глядя в никуда. Лейса он не узнавал и, казалось, не понимал, что происходит.

– С ума сбрендил, – пояснил Фаррух. – У нас на флоте такое бывало, особенно когда месяцами штиль. Кажется, что ты свободен, а вокруг вода и ты как в тюрьме, никуда не деться.

– Давно с ним это? – спросил Лейс, отпустив брата и поднявшись на ноги.