Онлайн книга «Енот-потаскун»
|
— Только надеешься? Не веришь? — Ты можешь остановиться?! — я с силой вмазала себе по колену и поморщилась от боли. Минут пять мы молчали, глядя на Тошку, который с азартом полоскал что-то в луже. — Посмотри лучше, что за дрянь он там стирает, — почти спокойно предложил Антон. — А то ведь сожрет сейчас. Я отобрала у Тошки кусок булки, пристегнула к шлейке поводок и подтащила к скамейке. — Пойдем потихоньку? — Антон встал. — Провожу вас до дома. Кстати, я сегодня не приеду. Мы с ребятами репетируем. Думаю, допоздна. Отсыпайся. — Ладно. А я тогда к маме съезжу. — Она так больше ничего и не говорила? Обо мне? — он взял поводок: у него Тошка ходил рядом как шелковый, не то что у меня. — Нет. Мама действительно не сказала об Антоне ни единого слова. Ни в плюс, ни в минус. Я ждала почти неделю, потом все-таки спросила по телефону сама. «Ну, ты же его себе выбрала, я-то при чем?» «А свое мнение у тебя есть?» — опешила я. «Не думаю, что оно тебя интересует, — отрезала она. — Ты все делаешь по-своему, так не все ли равно?» Вывод из этого был один. Антон ей не понравился, но она решила не обострять. Уже песня. Мы дошли до дома и попрощались… не сказать, холодно, скорее, прохладно. Похоже, Антон был еще с утра не в настроении, я тем более, но намобоим удавалось держать это в узде, пока моя неудачная реплика не подпалила солому. Действительно стоило отползти в окопы и переждать, пока раздражение уляжется. По идее, его решение должно было угомонить мои страхи. Ну ядрен батон, если он сознательно уходит от источника соблазна, значит, я действительно ему дорога. Но нет, не получалось. Что только подтверждало: дело не в нем, а во мне. Чем лучше все было между нами, тем больше я боялась. Потерять то, что для меня важно. Сашка ведь тоже сначала не был таким — иначе я не вышла бы за него замуж. Мама вечером не просто традиционно вынесла мне мозг, а сделала это с особым цинизмом. Главной темой была обострившаяся война с Соней, которая вдруг сдала назад. То вообще не хотела продавать комнату — видимо, выяснила, что ее обязательство ничего не стоит. То вдруг выкатила цену в полтора раза больше. Мама хотела, чтобы я как-то в этом поучаствовала, чего я делать категорически не собиралась. Под конец она вдруг начала настаивать, чтобы я «перестала бросать деньги на ветер» и переехала обратно к ней. «Или ты собираешься жить с этим своим?» — прозвучало таким ядовитым тоном, что я поспешила распрощаться. Дома я долго обнималась с меховым антистрессом, потом налила бокал вина и отправилась отмокать в ванну. В половине двенадцатого квакнул Вайбер. «Наташ, ты дома? Волнуюсь». Черт, черт, черт!!! Антон всегда переживал, когда я возвращалась домой поздно, и у нас был уговор, что сразу же ему звоню или пишу. Но после общения с мамой я иногда не помнила, как меня зовут. Все одно к одному. «Дома. Извини, мама съела моск». «ОК». Ни «целую», ни «спокойной ночи». Господи, так ведь вчера все хорошо было. Ну что за жопа? — Нат, ты чего такая вздрюченная с утра? — спросила Ольга, когда мы сидели под кварц за кофе. — С Енотом посралась? Или ПМС обуял? — И то, и другое, — буркнула я в кружку. — Ну, не посралась, но… — Что, пошла обратка после развода? Это нормально, напряжение выходит. — Да не совсем, — и я в двух словах рассказала. Про вечер, сон и разговор в парке. |