Книга Енот-потаскун, страница 60 – Татьяна Рябинина, Евгения Серпента

Закрыв дверь, я выпустила из клетки скулящего Тошку, набросила на диван плед поверх одеяла. И поняла, что дико хочу есть. Сделала огромный бутерброд с сыром, легла. Тошка подошел, посмотрел вопросительно, дожидаясь, когда я разрешу ему вскарабкаться.

Я положила на него ноги, включила телевизор. Все тело приятно ломило, как будто отпахала тренировку в тренажерке. Мысли в голове кипели и пенились. И тут зазвонил телефон. Ольга.

Как только мы зашли в квартиру, я отправила ей сообщение: «Я дома, все в порядке». Странно, что она не позвонила раньше.

— Матвеева, ты там вообще как, жива? — ехидно поинтересовалась Ольга.

— Вполне, — язык у меня еле ворочался.

— Одна?

— Уже да.

— Оу… — протянула она. — Ну рассказывай.

— В подробностях?

— На кой ляд мне твои подробности? В гугле не забанили, могу порно посмотреть. Эмоции интересуют.

— Оль, правда, все хорошо. Очень хорошо, — улыбнулась я. И вздохнула. — Только…

— Только что? — уточнила она. — Хотя догадываюсь. Если он такой зашибенный, но его до сих пор никто не прибрал к рукам, значит, это в принципе неберущийся интеграл. «Свободен, как ветер». И значит, все это временно, а ты уже нафантазировала свадьбу, пятерых детишек и пекинеса.

— Лабрадора. Не до такой степени, но, в принципе, да. В правильном направлении мыслишь.

— Нат… — Ольга помолчала. — Это все от человека зависит. Тут как с собакой. Одна сдохнет, но не будет падаль есть, другая только с большого голода, а третья мимо не пройдет, даже если дома в миске говяжья вырезка. Она же лежит,падаль, — как не сожрать. Если по третьему варианту, ты хоть каким раком встань со шпагатом, все равно дальше пойдет. Потому что, по логике таких товарищей, глупо прийти в китайский ресторан и нажраться от пуза одной только фунчозой.

— Умеешь ты, Оль, обнадежить, — мне вдруг захотелось плакать.

— А что я? — хмыкнула она. — Ты и сама это прекрасно понимаешь. Иначе не было бы этого «только». Но, с другой стороны, волков бояться… Пока не попробуешь — не узнаешь. Тем более, все равно уже попробовала. Вдруг на самом деле все не так печально. Может, он вторая собака, а ты его долгожданная сахарная косточка.

Я невольно улыбнулась.

— Все, Натка, давай, мне Витька звонит. Завтра поговорим, споки.

Она отключилась, а я отложила телефон, выставила Тошку из комнаты и забралась под одеяло.

Утро вечера мудренее. Это были два волшебных дня. Просто невероятных. И даже если ничего у нас с ним не выйдет, они все равно были!

Все было прекрасно. Эйфория! Но… есть такой сволочной кактус — опунция. С мелкими-мелкими щетинками-колючками. Даже дотрагиваться не надо, только мимо пройти — и вот колючка уже сидит под кожей, крохотная, невидимая. И зудит страшно

Стоило остаться с ней. В этом не было ни капли здравого смысла, ни капли резона. Но интуиция вопила. Она у меня вообще была хорошо развита и редко обманывала. Видимо, привычка мониторить обстановку способствует. Вот только я ее не всегда слушал, а потом неизменно жалел. Или же она срабатывала постфактум. Как сейчас — когда я уже подъезжал к дому.

Вернуться? Как-то… не знаю, неловко, что ли?

Я старательно отгонял этот зуд.

Все в порядке. Просто страшно выпускать из рук то, что уже и не надеялся получить. Даже ненадолго. Лучше вспомнить, как все было. Самое горячее и острое. Или наоборот — самое мягкое и нежное. Как будто видео прокручивал, снова и снова. Пока дыхание не сбилось, словно стометровку пробежал. Как прыщавый подросток, твою мать!