Книга Енот-потаскун, страница 97 – Татьяна Рябинина, Евгения Серпента

— Мам, это Наташа, — с глупой улыбкой представил меня Антон.

— Людмила Васильевна, — кивнула она. — Сереж, достань Наташе тапки.

— Антон, пошли поможешь, — сказал Сергей Андреевич, вытащив тапки из тумбочки.

— Мальчики у нас по кухне, — пояснила Людмила Васильевна и кивнула в сторону гостиной, где был накрыт стол. — А мы будем красиво разлагаться.

На журнальном столике стояла бутылка вина, два бокала и ваза с фруктами.

— Будешь?

— Немного.

Она плеснула в оба бокала, один протянула мне. Я села на диван, едва не раздавив серого британца, который по цвету абсолютно сливался с пледом.

— Это Гришка, — услышав свое имя, кот меланхолично приоткрыл желтый глаз и снова впал в анабиоз. — Тишка трус, где-то прячется, потом придет. Ну, за знакомство?

Мы выпили, и я отщипнула виноградину. В этот момент в комнату медленно вошел огромный рыжий мейнкун с бандитской мордой. Остановился, посмотрел на меня, подкрался ближе, настороженно обнюхал мои ноги.

— Енотом пахнет, — я протянула руку и погладила Тихона по голове.

— Наслышаны про твоего енота, — улыбнулась Людмила Васильевна. — Антон говорил, ты его из зоопарка выкупила?

Разговор побежал, как ручеек. С Тошки перешли на котов, с котов на мою учебу в академии и на учебу Антона.

— Мужики у меня монстры, — вздохнула она. — По два высших на брата. А я вот кондитер. В «Прибалтийской», в сладком цехе.

— Антон говорил, — кивнула я. — Но по вам не скажешь.

— Стараюсь. Как Антоха от нас съехал, устроила себе в его комнате спортзал. А ты как к сладкому?

— Умеренно, — осторожно ответила я.

— Ну и молодец.

В этот момент появились мужчины, и мы сели за стол. Минут через десять меня отпустило. Не сказать чтобы стало совсем уж легко и свободно, но напряжение ушло. И было немного неловко перед Антоном: уж больно все отличалось от того, как приняла его моя мама. Нет, ничего восторженного и наигранного. Спокойно, дружелюбно. Никакого допроса, но я и сама не заметила,как выложила о себе все, вплоть до того, что уже была замужем. И сразу поняла: если я родителям и не понравилась, они этого не покажут.

Антон, видимо, тоже сообразил, что можно расслабиться, и косился на меня с каким-то восторженным видом, мне даже стало немного неловко.

— Покажи мне свои фотографии школьные, — попросила я, когда все уже наелись и дело шло к чаю.

— Мы на минутку, — сказал он, как-то немножко демонстративно обняв меня за плечи.

В маленькой комнате с окнами во двор кроме дивана, шкафа, письменного стола с компьютером и стеллажа с книгами поместились велотренажер и эллипсоид. В углу стоял скатанный в трубку гимнастический коврик.

— У мамы здесь фитнес-клуб, — Антон достал из ящика стола два альбома. — Школьные у меня последние за девятый класс.

На самом-то деле мне больше хотелось посмотреть на его Ларису. Просто из любопытства: похожа она на меня или нет. Точнее, я на нее. Но нет, ничего общего. Девчонка как девчонка, вполне симпатичная. К счастью, мне не пришлось спрашивать: на маленьких фотографиях в выпускном альбоме с инициалом Л она оказалась одна.

— А ты ничего так красавчик был, — хихикнула я, пихнув Антона в бок.

— Это уже в девятом, а раньше — ужас, — он показал мне общую классную фотографию. — Вот, смотри, это восьмой. Я всегда маленький был, на физре в хвосте стоял. А лет в тринадцать резко вымахал. Такой длинный тощий дрыщ. И девочки меня не любили.